Информационно-аналитическое издание

Виталий Чуркин, архимандрит Кирилл. Памяти исполинов…

Версия для печатиВерсия для печати

Кажется, что кроме даты смерти их ничто не объединяет. Старец, монах, прошедший Великую Отечественную войну, участник Сталинградской битвы. И блестящий дипломат, проживший короткую, но насыщенную жизнь. Но так ли это на самом деле?

+ + +

Архимандрит Кирилл (Павлов) родился в 1919 году в набожной крестьянской семье на Рязанщине. В подростковом возрасте Иван – таким тогда было его имя – оказался у неверующего брата и забыл все то, что видел и чему научился в родительском доме. Он взрослел во времена индустриализации и мечтал быть в числе строителей новой жизни. То, что эта жизнь исключала Бога, тогда не имело для юноши особого значения. Иван Дмитриевич заканчивает индустриальный техникум, работает технологом на металлургическом комбинате в г. Катав-Ивановске Челябинской области. Вскоре города Урала станут флагманами советской промышленности. В 1939 году молодой технолог был призван в Красную армию, в рядах которой его и застала война.

Многие отождествляют архимандрита Кирилла со знаменитым сержантом Павловым. На весь мир знамениты  руины именно этого дома в Сталинграде (Волгограде). Дом сержанта Павлова до сих пор является не просто памятником, а настоящим свидетелем чудовищности войны, ее зверского обличья. Лейтенант Иван Дмитриевич Павлов также был участником Сталинградской битвы, но легендарный сержант – это его однофамилец.

Однако именно это сражение стало поворотным моментом в жизни красноармейца и будущего монаха. Среди руин в разрушенном городе он нашел Евангелие. Вот как сам старец впоследствии рассказывал об этом: «Стал читать ее [найденную книгу]  и почувствовал что-то такое родное, милое для души. Это было Евангелие. Я нашел для себя такое сокровище, такое утешение!.. Собрал я все листочки вместе — книга разбитая была, и оставалось то Евангелие со мною все время. До этого такое смущение было: почему война? почему воюем? Много непонятного было, потому что сплошной атеизм был в стране, ложь, правды не узнаешь… Я шел с Евангелием и не боялся. Никогда. Такое было воодушевление! Просто Господь был со мною рядом, и я ничего не боялся».

Говорят, что на войне неверующих нет.

Подтверждением этих слов стал самый настоящий поток  фронтовиков, героев Великой Отечественной, после Великой Победы пожелавших посвятить свою жизнь Богу. В их числе и архимандрит Кирилл (Павлов). После демобилизации в 1946 году Иван Дмитриевич приехал в Москву и прямо в военной форме отправился в Новодевичий монастырь, при  котором в те годы была открыта духовная семинария. Так начался его монашеский путь. Правда, сам постриг отец Кирилл принял по окончании Московской духовной академии в 1954 году, тогда и был включен в число братии Троице-Сергиевой лавры. Этот монастырь стал его домом на всю оставшуюся жизнь.

Архимандрит Кирилл  нес послушание  духовника при трех русских патриархах:  Алексии I, Пимене и Алексии II.

В числе его духовных чад - предстоятель УПЦ МП митрополит Онуфрий.

Вот как вспоминает Блаженнейший митрополит Онуфрий о своем  духовном отце: «Архимандрит Кирилл (Павлов) привел меня в монастырь и воспринял при постриге как духовный отец. Под его непосредственным руководством я воспитывался в течение 20 лет в Троице-Сергиевой лавре. Я всегда очень уважал и любил его за то, что он был образцовым христианином (не говорю монахом, потому что истинное значение монашества не каждый понимает), исполненным любви. Кто бы ни приходил к архимандриту, какими бы люди ни были обременены скорбями, проблемами, трудностями, – все покидали его обновленными. Он не был философом, мудрецом, но говорил простые слова, наполненные тем, чем мы не можем наши слова наполнить».

Отец Кирилл был, без преувеличения, всемирно известным старцем. За духовным советом и помощью к нему притекали тысячи, если не миллионы паломников.

Святейший Патриарх Московский и всея Руси  Кирилл свидетельствует: «Он нес великое служение духовника для тысяч и тысяч людей, и это служение требовало особого подвига. Не только потому, что выслушивать проблемы человека всегда непросто, но и потому, что он не просто выслушивал эти проблемы. Он проникал вглубь душевного состояния человека. В момент исповеди он словно отождествлял самого себя с тем, кто приходил к нему за советом. Это, конечно, требовало истощения, огромного расхода внутренних сил и сил физических. Но отец Кирилл никогда не роптал и со смирением нес свое служение, не только исповедуя людей, но и отвечая на многие и многие письма».  

А ведь у архимандрита были  и монастырские послушания, он неустанно участвовал в богослужениях. В то же время он писал несколько тысяч писем в год, поучая и благословляя, даря радость понимания и утешения не только архиереям и священникам, которые были в числе его духовных чад. Не только тем мирянам, которые часто его посещали, но и практически незнакомым людям.

Это поразительно! Сохранились письма великих русских святых – преподобных Феофана Затворника или Амвросия Оптинского. Из них и сегодня православные, как из некоего колодезя, черпают живую воду мудрости духовной.  Письма же отца Кирилла имеют особую ценность, потому что они обращены к современному человеку.

Этому старцу была дана особая милость от  Бога – ни с чем не сравнимый четырнадцатилетний затвор:  болезнь, инсульт, лишивший его возможности не только двигаться, но и говорить. Так  отец  Кирилл стал всероссийским молитвенником. Причем  сила его была такова, что приходящим людям  было достаточно просто побыть рядом несколько минут, чтобы получить утешение в скорби...

+ + +

Виталий Иванович Чуркин родился в 1952 году в Москве, в семье авиационного инженера-конструктора. Учился в специализированной школе с преподаванием ряда предметов на английском языке. Но еще и дополнительно брал частные уроки языка у его носительницы, эмигрантки из США.  Впоследствии его свободное владение английским языком будет вызывать удивление западных партнеров.  Не имея никаких протекций, Виталий поступил в МГИМО и успешно окончил знаменитый вуз. 

С середины семидесятых и до последних минут жизни он находился в самой гуще дипломатической работы. Именно В.И. Чуркин в  мае 1986 года давал показания перед Конгрессом США по поводу аварии на Чернобыльской АЭС. Он был первым советским чиновником, которого увидели в своих стенах американские конгрессмены. И удивились, т.к. этот молодой русский мало того что свободно владел их языком, но и давал остроумные ответы.

Виталий Иванович также занимался разрешением конфликта в Югославии  в ранге специального представителя президента Российской Федерации на Балканах. О том, насколько успешной была его миссия, говорит то, что жители сербского города Баня-Лука собираются установить памятник российскому дипломату.

Украинский конфликт прошел сквозь его сердце. И сердце не выдержало…

Конечно же, более всего В.И. Чуркин известен как постоянный представитель Российской Федерации при ООН и в Совбезе этой организации. То, как он отстаивал интересы России, видел весь мир.

При этом  Виталий Иванович умел блестяще разделять работу и дружбу. «Пока остальные дипломаты приезжали и уезжали из Нью-Йорка, оставалась одна неизменная величина:  Виталий Чуркин, грозный противник, заботливый друг и яростный защитник России – страны, которую он очень любил и хотел, чтобы она им гордилась» - это слова Саманты Пауэр, которая, как известно из слов самого Чуркина, «не мать Тереза», а постпред США при ООН на протяжении трех с половиной лет. Именно с ней с искрометным  юмором  и абсолютной бескомпромиссностью  полемизировал российский постпред. Кто бы мог подумать, что они с Чуркиным дружили: вместе ходили на хоккейные и теннисные матчи?!  Виталий Иванович  даже был «единственным коллегой из ООН», который побывал в доме ее родителей на праздничном ужине в День благодарения. Обо всем этом рассказала сама госпожа Пауэр, потрясенная безвременной кончиной своего коллеги и друга. Интересно, вмещается ли  данный факт в узколобые головы украинских националистов, панующих сегодня в Киеве?

Пожалуй, лучше всего работу В.И. Чуркина характеризует отрывок из стихотворения министра иностранных дел РФ Сергея Викторовича Лаврова:

Ни угрозы и ни ультиматум
Не сломили движенье вперед.
Аплодирует мир дипломату,
По заслугам хвалу воздает.

Мало кто знал, что у него были не только проблемы с сердцем, но и лейкемия. А ведь саму работу в ООН Виталий Иванович со свойственным ему сарказмом сравнивал с трудом сталевара, отмечая, что ежедневный 12-часовой рабочий день и периодические ночные бдения на длинных и сложных заседаниях являются у них правилом, а не исключением…

+ + +

31 марта исполняется 40 дней со дня кончины этих двух совершенно разных, но очень похожих людей. Всю свою жизнь они посвятили служению Родине, нашему единому земному Отечеству. В монашеской келье  и у микрофона ООН именно эти люди олицетворяли его. Такими они и останутся в нашей памяти – ИСПОЛИНАМИ, которых рождает русская земля.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору