Информационно-аналитическое издание

Варшавский карт-бланш на кровопролитие

Версия для печатиВерсия для печати

Первые визиты новоизбранного главы державы традиционно рассматриваются как знаковые. По ним, как правило, делают прогнозы относительно приоритетных направлений внешней политики, которые определяет для себя новая государственная власть. В случае с Петром Порошенко стратегические прогнозы – дело неблагодарное. Вместе с тем совершенно очевидно: встречи Порошенко, которые состоялись в Варшаве с руководством Польши, а также с президентом США, имеют большое значение и последствия для Украины сегодняшней.

Безусловно, встречи эти неравноценны, поскольку вначале были проведены переговоры то ли вассалов, то ли колоний и лишь затем произошёл контакт с основной фигурой. Встреча с президентом Польши – это, с одной стороны, не просто очевидный реверанс крупному соседу, а ещё и сигнал: именно с Польшей Порошенко намерен сотрудничать в Европе в первую очередь. Почему – понятно: Польша выполняет функции фактического надсмотрщика в Восточной Европе, регулируя деятельность прибалтийских республик и балканских государств.

Польша является главным выразителем американских интересов в этом регионе. На неё отчасти возлагаются функции противостояния Германии, как возможной носительнице «вируса евронезависимости» – идеи переориентации Евросоюза с проамериканских на проевропейские позиции. Правда, к сегодняшней Германии подобная характеристика вряд ли применима, но ведь Меркель, как говорится, не вечна.

Так или иначе, но именно Польше предстоит взять на себя роль рупора «европейской позиции» относительно Украины. Естественно, позиции поддерживающей и воодушевляющей. Так, собственно, как это было с момента начала «евромайдана». «Благодарственный» аспект с прицелом на перспективу оглашён официально: советник президента Польши по международным вопросам заявил, что визит Порошенко – это «признание вклада Польши в демократические изменения в Украине и усилий Польши, чтобы Украина нашла своё место в семье европейских демократических народов». Переводить это с дипломатического языка на человеческий нет нужды: что скрывается за эвфемизмами «демократические изменения», «вклад» и «усилия», известно достаточно давно.

С другой стороны, Польше явно предназначена тактическая роль куратора Украины как минимум в нынешнем вооружённом противостоянии с ДНР и ЛНР. Порошенко, ещё в статусе кандидата в президенты, анонсировал встречи с Коморовским и Туском и указывал, что Польше предстоит играть роль «гаранта безопасности» Украины, в том числе и на уровне перевооружения армии. Скорее всего, именно Польша станет основным каналом и посредником поставок в рамках американской военной помощи, которая, естественно, будет выходить за рамки заявленных сумм (ведь вооружения, техники и прочих нужных вещей, подлежащих списанию, у США гораздо больше, чем на 5 миллионов долларов; а списать «через» Украину – это двойная выгода). То, что Польша уже предоставляет консультационные услуги и, по некоторым данным, отправляет наёмных инструкторов в зону так называемой АТО, тоже соответствует роли куратора.

К исполнению этой роли относится и предполагаемое создание совместного польско-украинско-литовского батальона. То, что эта инициатива формально исходит от Литвы, мало что означает, поскольку, как уже говорилось, внешнеполитическая самостоятельность республик Прибалтики сегодня стремится к величинам отрицательным: Польша является для Литвы таким же куратором, каким должна стать и для Украины. В отчётах всё это деликатно именуется «перспективами разрешения российско-украинского кризиса». Учитывая широкую известность традиционной «взвешенной и объективной» позиции Польши по отношению к России, можно предположить, что перспективы эти весьма незавидны, а конкретика разрешения далека от компромиссов.

«Куратор» в данном случае – фигура техническая, несмотря на все частные интересы Польши на Украине. В этом плане встреча с польским руководством была обязательной в иерархии, ведущей к президенту Обаме. Сначала – Польша, потом – госсекретарь Керри и лишь после этого – Обама.

У этой встречи есть функции номинальные, внешние: Обама таким образом показывает, что США всей душой признают ещё не инаугурированного Порошенко легитимным президентом (хотя легитимность из внешних источников в нынешней украинской ситуации абсолютно неэффективна). Порошенко, соответственно, закрепляет месседж, содержащийся в пакете «первых встреч»: Украина отчётливо и безальтернативно становится государством прозападным, точнее – проамериканским.

Но эти функции, скорее, декоративны, как и всё дипломатическое. Реальные последствия встречи Порошенко и Обамы заключаются в первую очередь (а возможно, и исключительно) в сфере военной помощи.

Да, очевидно, что затронутые во время встречи темы переизбрания парламента и местной власти свидетельствуют о широких горизонтах украинского попрошайничества: Порошенко явно просит денег на финансирование этих кампаний. Но этот аспект вторичен; главное – это военная помощь, военное сотрудничество, военная поддержка.

Преамбулой к этой встрече послужила «единодушная поддержка», выраженная министрами обороны стран-членов НАТО руководству Украины относительно проведения «антитеррористической операции» против ДНР и ЛНР. На фундаменте официальной поддержки НАТО войны против ополчения Новороссии США чувствуют себя куда более уверенно, чем во время «крымского инцидента».

Соответственно, встреча должна была подтвердить поставленные перед Порошенко задачи: вовлечь РФ в прямой военный конфликт, в случае неудачи - максимально быстро зачистить Донбасс. Обама, в свою очередь, подтвердил намерения оказать военную помощь – от консультаций (очевидно, включая инструктаж американских специалистов карательным отрядам АТО) до поставок «средств защиты и связи».

Само собой разумеется, что поставки наступательного вооружения, если и обсуждались, то не могли быть упомянуты в официальных отчётах по встрече. Тем более что эти официальные отчёты свелись к нескольким весьма обтекаемым и в то же время красноречивым пунктам. Как сказал сам Порошенко, при «сильной поддержке США Украину ждёт модернизация и скорейшее вступление в ЕС». То, что «модернизация» подразумевает прежде всего военный аспект, не вызывает сомнений: о необходимости прямой военной помощи со стороны США Порошенко заявил ещё до так называемых выборов. То, что «скорейшее вступление в ЕС» никак не связано с желанием или нежеланием самого Евросоюза – тоже очевидно: США по-прежнему обладают существенным влиянием на внешнюю политику Евросоюза, даже несмотря на «антиевропейские» результаты выборов в Европарламент во Франции, Греции и других странах.

Официально заявленная помощь – бронежилеты и средства связи на 5 миллионов долларов. Кроме того, Обама заявил, что США «никогда не согласятся с оккупацией Россией Крыма» (впрочем, это ничего не означает, поскольку не было ни оккупации, ни аннексии) и имеют «священный долг союзников – защищать нашу территориальную целостность». Какое отношение «их» территориальная целостность имеет к Украине, Обама не уточнил.

Но ясно, что это выражение твёрдой позиции по спорным вопросам должно было послужить дополнительным поощрением для Порошенко, подтверждением его карт-бланша. Косвенным подтверждением этого служит заявление Порошенко после встречи о том, что вскоре после своей инаугурации он обнародует план урегулирования кризиса на востоке Украины.

Это даёт основания практически с полной уверенностью ожидать резкой интенсификации усилий украинских карателей в рамках так называемой АТО. Фактически Обама одобрил «пробы пера» в виде массированной артиллерийской и авиационной бомбёжки городов Донбасса, а также применения против них танков. Слова Порошенко о том, что «ближайшие несколько дней станут критически важными для решения ситуации на востоке», наводят на мысли о том, что могут быть применены и давно анонсированные установки залпового огня «Град» и «Ураган».

Наконец, отметим, что, помимо основной военной темы, была затронута и не менее важная тема так называемой энергетической безопасности Украины. США поддержали планы Порошенко по диверсификации поставок энергоресурсов: фактически обещанный миллиардный кредит предполагается выдать под обеспечение «газовой независимости» Украины от России. Украина, в свою очередь, будет выполнять необходимое давление на Евросоюз по лоббированию перехода на американский, украинский и польский сланцевый газ вместо российского. То, насколько резко украинская сторона отвергает требования Еврокомиссии погасить газовый долг перед Россией, выдвигая все новые и новые условия, показывает, что Украине есть на что опереться, чтобы игнорировать давление Евросоюза в этом вопросе.

Собственно, все военные действия Украины, поддерживаемые Вашингтоном, также направлены на обеспечение вышеупомянутых «газовых» интересов. Интересов настолько широких и многообещающих, что их носители могут позволить себе «не замечать» увеличивающегося количества жертв среди мирного населения Донбасса и одобрять применение любых средств против «террористов» и «сепаратистов».

И на встречах Порошенко с руководством Польши и США была подтверждена выдача карт-бланша на максимально жёсткую зачистку Юго-Востока.

В преддверии визита во Францию Владимир Путин, отвечая на вопросы европейских журналистов, подчеркнул, что «у господина Порошенко есть уникальный шанс: у него пока руки не испачканы кровью, и он может приостановить эту карательную операцию и начать прямой диалог со своими гражданами на востоке и юге своей страны». 

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору