Информационно-аналитическое издание

В краю безумных новостей, или По ком грустит Оруэлл

Версия для печатиВерсия для печати
Садитесь, я вам рад. Откиньте всякий страх
И можете держать себя свободно,
Я разрешаю вам. Вы знаете, на днях
Я королем был избран всенародно.
 
А. Апухтин, «Сумасшедший».
 
1.
 
Мне снился Оруэлл, писатель знаменитый.
К роману он придумывал финал,
И грустен был. – О чём, мой друг, грустите?
– Жаль, Украины прежде я не знал.
Здесь столько изумительных сюжетов,
И опыт для народов, и для стран.
– Какой же опыт? Веяло секретом
От слов его. В окне стоял туман.
– Украйна это место, где безумье
В руках режима - главный инструмент.
Вредны сомненья, совесть и раздумья.
Всё за тебя решают – президент,
Министры правды, памяти и веры.
Твоя задача – молча принимать.
И верить в мифы, в жуткие химеры,
Лишь став безумным, ты сумеешь стать
Лояльным, уважаемым, счастливым.
Свихнись, как все! Прими за норму бред!
Ну вот пойдём… Мы вышли торопливо –
Сначала Джордж, потом и я во след.
 
2.
 
Пришли мы с Джорджем в странный санаторий,
Вокруг стоял невидимый угар.
Навстречу шли Омельченко Григорий,
Профессор Бэбик и писатель Цар.
И спорили до хрипа, до икоты
Об украинской доблести в веках:
– Мы победили гуннов, греков, готов!
Пред нами Троя развалилась в прах!
Нет, мы шумеры, хлопцы! Нет, аланы!
Яки аланы? Гриша, да ты шо!
Вздохнул мой спутник: – Им легко в тумане.
В безумии спокойно, хорошо.
Потом те трое вдруг насторожились.
Вскричал Омельченко, что Путин видит их.
Он покраснел, в нём напряглись все жилы,
Лёг под диван и, спрятавшись, затих.
А мы прошли ещё по коридору,
Какой-то тайной веяло вокруг.
«Вкраїні слава!» - пели где-то хором.
Вот дверь. Табличка: «Игорь Мосийчук».
 
3.
 
Был возбуждён парламентарий Игорь,
Изображая бой, пальбу и дым:
– Я лічно скину все московське іго!
Тільки пустіть мене, панове, в Крим!
Як був Майдан, я йшов на Симферополь,
Я йшов топтати в Ялті береги!
Кримчан хотів загнать усіх в Європу,
Але не дали кляті вороги!
И он заплакал. Джордж спросил: – Вам ясно?
Живёшь в бреду, и чувствуешь покой.
Безумье означает безопасность.
Раз ты безумный, значит, парень свой.
Затем раздались крики: «Томос! Томос!»,
Десяток ног ударил дружно в пол.
То Парубий до боли всем знакомый
Гурьбой слепых с собой куда-то вёл.
Искали томос, но не находили,
И было видно, что-то шло не так.
И тут, роняя слёзы крокодильи,
«Бей УПЦ!» - вскричал Васыль Грицак.
– Зачем вам томос? – Оруэлл спросил их.
Слепые замерли: – Так счастье впереди!
Для нас в Стамбуле томос попросили,
А не получим – сгинем как один!
 
4.
 
Потом я видел ожидавших краха
Кремля, России, храмов красоты.
«Ждуны» тряслись от злобы и от страха –
А вдруг у них не сбудутся мечты?!
Затем на праздник звали – Год Бандеры.
Мол, приходите, будут все свои.
Вода горячая в подарок нам от мэра.
– Но год грядущий вроде бы Свиньи?
– Оставьте их, - мой Джордж сказал устало, –
Не разрывайте их видений круг.
– Но их здесь лечат? Ведь больных немало.
– Что значит лечат? Вы о чём, мой друг?
Наоборот, дают здесь людям зелье,
Чтоб не кончался сладостный дурман.
И он повёл меня вдоль подземелья:
– Вот, для чего шумел тогда Майдан!
 
5.
 
Вошли мы в зал. Вокруг стоят приборы,
В халатах, будто строгие врачи, –
Павленко,* Стець, Турчинов и Вятрович –
Куда-то шлют особые лучи.
– Тут речь идёт совсем не о леченьи,
А закрепленьи всех духовных пут, –
Сказал писатель, – Этим облученьем
Здесь украинца нового куют.
И скоро всю накроют Украину,
Как смог, как веселящий газ,
Бредовые, безумные картины,
И, может быть, коснётся смог и вас…
Тут я проснулся, выйдя из тумана,
Хотя чуть-чуть оставшись и во сне,
С надеждой, что от бреда и обмана
Придёт пора очнуться всей стране.
 
*Ростислав Павленко – советник президента Украины, ответственный за создание «новой церкви» под омофором Константинопольского патриарха Варфоломея.
 
Художник – Илья ГЕЛЬД
Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору
создание сайта: drupal-service.ru