Информационно-аналитическое издание

Украинские националисты: холодная война с Польшей может перейти в горячую

Версия для печатиВерсия для печати

Отношения между Украиной и Польшей, несмотря на общий антироссийский настрой, находятся на самом низком уровне за всё время независимости Украины и ухудшаются с каждой круглой исторической датой и другими поводами.

Например, благодаря деятельности Ульяны Супрун во главе Минздрава, а если брать шире, благодаря общим усилиям постмайдановских властей на Украине началась эпидемия кори. В связи с тем, что граждане Украины работают в Польше или зарабатывают на перевозе товаров через границу, в Польше призвали украинцев вакцинировать своих детей. На радио, в школах Западнопоморского воеводства даже запустили информационную кампанию для граждан Украины с призывом о вакцинации. В дошкольных учреждениях и школах начали распространять листовки с призывом делать прививки. С 1 января по 31 октября в Польше зарегистрировали 144 случая заболеваемости корью. За аналогичный период прошлого года обнаружили всего 59 подобных случаев. По данным Минздрава Польши, все случаи заболевания корью связаны с контактами на территории Украины или с её жителями, приехавшими в Польшу. Только в Львовской области с начала года заболели 8342 человека, из них 5951 ребенок. А по всей Украине, по данным министерства здравоохранения, с начала 2018 года по октябрь зарегистрировано более 32 тысяч случаев заболевания корью. Неудивительно, что польские должностные лица прямо обвиняют украинцев в том, что те заносят корь на польскую территорию.

* * *

Но главные проблемы между Украиной и Польшей касаются истории. И если до майдана трения с поляками происходили главным образом на территории Галичины, где органы местного самоуправления, захваченные националистами, насаждали бандеровщину, то теперь это касается всей Украины.

После евромайдана, прошедшего под лозунгом приобщения к европейским ценностям, бандеровщина и поклонение пособникам нацистов стали насаждаться по всей Украине. Очень болезненно на это отреагировали в Польше в связи с тем, что сотни тысяч поляков полегли от рук карателей из УПА*, которых на Украине теперь даже критиковать запрещено под страхом уголовного преследования.

Но польско-украинская война на фронте исторической памяти значительно расширилась в последние годы и затрагивает не только период Второй мировой войны, когда бандеровцы учинили Волынскую резню, но и другие периоды, где, казалось бы, старые раны уже давно зажили. Но после майдана их разбередили вновь.

Зачем украинские националисты объединялись с Польшей?

Газета украинских националистов в США «Свобода» и ещё ряд националистических изданий разместили статью Ярослава Грицака под названием «Сто лет братоубийственной войны», посвящённую столетию польско-украинской войны.

Точнее, это была война между образованной на развалинах Австро-Венгрии Западно-Украинской народной республикой (ЗУНР) и Польской республикой. Поэтому речь здесь идёт не обо всей Украине, а только о Галичине. Тем не менее такая война действительно была, с конца 1918 до середины 1919 года.

Проигравшая эту войну ЗУНР объединилась с УНР (Украинской народной республикой) в надежде, что братья-украинцы, проживающие на территории бывшей Российской империи помогут галичанам отвоевать свои, захваченные Польшей, земли. Для этого деятели ЗУНР заключили в Киеве торжественный «Акт злуки» с УНР, но как только ЗУНР влилась в состав УНР, пришедший к власти в УНР Петлюра отдал территорию ЗУНР полякам в надежде на военную помощь в войне с большевиками. То есть совершил акт подлого предательства тех, кто не только с такой надеждой объединились УНР, но ещё привели ей на помощь свою армию.

А армия ЗУНР тогда была больше, чем армия УНР, хотя и потеряла свою территорию. Закончилось это предательство взаимностью — вожди ЗУНР начали вести переговоры с деникинцами о присоединении к ним, а Деникин, как известно, был сторонником единой и неделимой России. И ни о какой независимой Украине и слышать не хотел.

А когда Деникин был разбит, армия ЗУНР (Украинская галицкая армия) влилась в состав большевистской Красной армии, которая воевала тогда среди прочего и с петлюровцами. С этого времени бывшая армия ЗУНР называлась Красной украинской галицкой армией. И после Гражданской войны её бывшие бойцы активно участвовали в большевистской украинизации. Но это уже тема отдельного разговора.

Показательно то, что, несмотря на злуку, после взаимного предательства деятели УНР и ЗУНР объединились с теми, кого сейчас считают врагами украинской независимости и воевали на противоположных сторонах. Причём петлюровцы пошли на службу к полякам, злейшим врагам тогдашних галицких украинцев.

Показательно и то, что сейчас, по закону о декоммунизации, на Украине нельзя критиковать ни деятелей УНР, ни воевавших с ними деятелей ЗУНР, поскольку все они ныне считаются «борцами за свободу Украины».

Но так не бывает, чтобы, описывая злейших врагов, говорить об обеих сторонах с умилением. Впрочем, абсурдность законов о декоммунизации стала уже притчей во языцех.

Майданная Украина на пороге войны с Польшей

Вот что пишет о современном состоянии польско-украинских отношений доктор исторических наук, профессор Украинского католического университета Ярослав Грицак: «Если 80-ю или 90-ю годовщину ЗУНР и польско-украинской войны мы встречали в атмосфере польско-украинского примирения, то в 100-ю годовщину мы видим, как возвращаются духи прошлого. Отношения между современной Польшей и современной Украиной можно описать как балансирование между холодным миром и холодной войной. Можно, конечно, утешаться, что это не горячая война. Но тот, кто знает историю не из школьных учебников, а из воспоминаний конкретных людей и свидетельств документов, знает, какой причудливой и тонкой является линия, отделяющая мир от войны».

То есть деятели украинских националистов открыто признают, что майданная Украина находится на пороге войны с Польшей. И, несмотря на внешнее спокойствие, противоречия между Польшей и бандеровской Украиной постоянно растут. Только взаимная антироссийская политика не даёт этому противостоянию перейти в более горячую фазу.

«Наша Украина, — заявляет Грицак, — сейчас напоминает остров, который со всех сторон, с севера, юга, запада и востока, окружён морем популистских режимов». Судя по всему, профессор Грицак не считает современный украинский режим популистским. Хотя на самом деле то, что творится на Украине, гораздо хуже.

Если вчитаться внимательнее, становится понятно, что статья Грицака представляет собой неуклюжую попытку объединить, причём задним числом, Украину и Польшу в совместной войне с Россией. Для этого автор использует сослагательное наклонение, забывая о том, что оно недопустимо в истории, иначе можно договориться до чего угодно, и всё это будет недоказуемо. Хотя, с другой стороны, в статье автор называет петлюровскую Украину Украинской национальной республикой, в то время как УНР означала «Украинская народная республика». Возможно, со стороны автора это и описка, но удивительно, что её не исправили СМИ националистов, которые размещали статью Грицака. Ведь именно с УНР, а не с УССР майдановские власти решили вести историю современной Украины, забывая о том, что в состав УНР не входили многие территории, которые входили в состав УССР, в том числе и Крым. Но это также тема отдельного разговора.

К столетию польско-галицийской войны

«Когда две украинские армии были разобщены, — фантазирует Грицак, — самыми многочисленными в первой половине 1919 г. становились большевики. Когда две украинские армии были бы объединены, большевики теряли бы своё преимущество. Более того: две объединённые украинские армии преобладали над любой армией, которая присутствовала на украинских землях, включая российскую Белую армию, армию Нестора Махно, не говоря о таком курьёзе, как французский десант в Одессе. В любом случае, если бы армия УГА билась на грани 1918 и 1919 годов не во Львове против поляков, а в Киеве против большевиков, то большевистско-украинская война могла бы кончиться иначе. Она могла бы кончиться поражением большевиков... Если бы большевики потеряли Киев, они проиграли бы вообще. Потому что контроль над Украиной и её огромными ресурсами был ключевым условием победы для всех армий, которые боролись между собой на этой территории с 1914 по 1945 год. А если бы большевики проиграли в Украине, то ХХ век был бы спасён от кровавого большевистского эксперимента,  от которого так сильно пострадали поляки, но ещё больше пострадали украинцы».

После этих слов хочется добавить, что если бы история пошла по такому пути, то не родился бы и фантазёр Ярослав Грицак. Так как люди и народы перемешались бы по-другому. И его родители бы не встретились или встретились бы при других обстоятельствах, а если бы он не родился, то не писал бы такую чушь. Сослагательное наклонение в истории позволяет говорить всё что угодно. Исходя из тех же посылов, что и Грицак, можно доказать, что если бы большевики не были остановлены на Висле, завоевали бы Польшу, а через неё и Западную Европу и устроили бы всемирную революцию. При таких наклонностях Грицаку следует заниматься не историей, а альтернативной историей.

А если серьёзно, то видно, что профессор Украинского католического университета явно сожалеет, что украинцы воевали с поляками за Львов вместо того, чтобы совместно ударить по русским. Думается, что если бы он высказал в это время свою точку зрения бойцам ЗУНР, то его расстреляли бы в ближайшей львовской подворотне. Хотя в статье Грицак и пишет, что он понимает, что Львов был дорог галичанам, но главного посыла его статьи это не меняет.

Обращает на себя внимание и другое — Грицак пишет о некой большевистско-украинской войне, зная о том, что в составе большевистской партии было немало этнических украинцев. Более того, с 5 по 12 июля 1918 г. проходил съезд, где была создана Компартия Украины, отдельная от российской. Ныне полузапрещённая КПУ отмечала в этом году своё столетие. Поэтому говорить о какой-то большевистско-украинской войне — это попросту передёргивать факты.

К тому же победу армий определяет не только её численность, но и ряд других факторов — умение воевать, боевой дух войск, техническая оснащённость, компетентность командования, состояние дисциплины. Более того, одно время армии ЗУНР и УНР действительно были объединены, но никаких невиданных побед они не одержали. Да и у большевиков войска были не только на территории Украины. Но самое забавное, когда Грицак пишет о таком курьёзе, как французские оккупационные войска в Одессе. Оккупационные войска либеральных демократий, входивших тогда в Антанту, находились не только в Одессе, но и во многих других местах бывшей Российской империи. Что касается французов, то вожди УНР одно время просили Францию взять на себя прямое управление Украинской народной республикой.

Жаль, что Макрон об этом не вспомнил на мероприятиях, посвященных 100-летию окончания Первой мировой. Да и Порошенко не подсказал…

Как бы там ни было, но столетие польско-украинской войны ещё более накалило противоречия между Польшей и Украиной.

 

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору