Информационно-аналитическое издание

Подвохи кастрированной истории

Версия для печатиВерсия для печати

Выступая на всемирном конгрессе психиатров в феврале 1918 года, великий русский ученый Иван Петрович Павлов с горечью говорил, что славяне, в отличие от англичан и германцев, склонны к ломке и зряшному отрицанию достигнутого прежде, что им свойственна пугающая непредсказуемость.

Иллюстрацией к этому замечанию могут служить процессы, сопровождавшие крушение советского строя и появление рынка на месте административно-планового хозяйства. Первыми при сломе системы погибали не отсталые производства, а передовые научно-технологические комплексы, которые обеспечивали лидерство СССР на мировой арене. И конфуз этот полностью относится как к Российской Федерации, так и к Украине. Редкие исключения (например, находившийся под личной опекой Л.Кучмы завод «Южный», производящий ракеты) лишь подтверждают правило.
 
Одно время казалось, такой вандализм скоро прекратится. Однако в Украине уничтожение лучшего затянулось надолго. С гиканьем и похвальбой уничтожались колхозы и совхозы – в первую очередь лучшие. Хотя в других странах соцсистемы (в Чехии, Словакии) хозяйства этого типа поэтапно коммерциализировались и превращались в успешные рыночные предприятия. Та же печальная судьба постигла большинство детских садов, профтехучилищ, это сразу сказалось на демографической ситуации, на структуре и качестве кадров. Катастрофически рушилась из-за бескормицы когда-то передовая (по мировым критериям) наука. Вузы из-за отсутствия спроса на ученых, конструкторов, инженеров высшей категории деградировали.
 
Должная оценка этой пагубной ломки не дана до сих пор, и из-за нежелания подвести под вандализмом черту, разрыв преемственности обрел теперь новые формы, набрал инерцию движения. Украина оказалась неспособной преодолеть низкотехнологичность, народ был опущен в пучину депрессивности, люди энергичные бежали за границу.  
 
В такой ситуации теряющая доверие украинская власть прибегла к испытанному приему: дабы отвлечь внимание народа от бедствий, стала лепить образ внешнего врага. «Громоотводом» для власти стала Россия, трактуемая как «абсолютное зло»,  причем зло собирательное, куда без разбора заносятся явления царского, советского, постсоветского времени.
 
В Украине, имеющей громадную русскую общину и расколотой по этнокультурному признаку надвое, подобная политика должна была аукнуться усилением накала противостояния по линии Запад - Центр – Восток - Юг. Но этого мало: обострение отношений с Россией обернулось отторжением всего ценного, что было в совместной жизни обоих наших народов в едином государстве.
 
Развал советской державы ведь не отменяет того, что многим достигнутым ею восхищался весь мир. В исторически краткие строки страна с высоким уровнем неграмотности не только стала поголовно грамотной, но и вышла в лидеры мировой науки, имея лучшую в мире систему высшего образования. Нигде в мире не было такого, чтобы юноши и девушки из самых глухих деревень беспрепятственно поступали в лучшие вузы Москвы, Ленинграда, Киева, как не было и уникального по тем временам бесплатного здравоохранения и обучения, доступного миллионам санаторного и другого отдыха, сверхдешевых коммунальных услуг, гарантированной работы. Замечательным было и приобщение простых людей к великой многонациональной культуре.
 
Спрашивается, можно ли все это отсечь от украинской истории? Конечно, можно! Однако ценой этого станет обеднение народного духа и падение самоуважения народа.
 
Кастрация истории народа Украины, изображение советского прошлого в виде череды злодейств – это серьезнейший удар и по настоящему, и по будущему страны. Отсутствие созидательной преемственности сегодняшнего дня Украины с днем вчерашним оборачивается подавленностью духа, эмоциональным упадком народа. Социологические опросы последних лет (в том числе общеевропейский опросный проект, охвативший 24 страны) характеризуют украинцев как самых несчастных в Европе. А ведь украинцы всегда славились жизнерадостностью, о чем мы читаем у Пушкина, Гоголя, Чехова и многих других. Сегодня иное: украинцы «лидируют» в Европе по туберкулезу (болезнь депрессии), по СПИДу (безнравственность). Это - свидетельства глубины ценностной катастрофы, постигшей народ Украины.
 
Кто-то пытается заменить близкую преемственность преемственностью, так сказать, дальней – с запорожско-казацкой вольницей, со старинными украинскими народными традициями и даже (на почве неуёмно разыгравшейся фантазии) с трипольцами. Конечно, всё это (за исключением трипольцев (1))  достойно почитания и в определенной мере может служить опорой для подъема духа нации.  Однако всё это легко перечеркнуть созданием искусственного трехсотлетнего временного разрыва. К тому же традиции народной культуры подвергаются эрозии из-за стремительного разрушения сельского быта, а городская и поселковая среда угнетена безвременьем и политическими противостояниями. Разрушительное действие этих противостояний особенно заметно там, где власть и ее идеологи нагнетают ненависть к России – прошлой и нынешней.
 
Говоря о «дальней» преемственности (времен казачества) как факторе укрепления национального самосознания, отметим следующее. Во-первых, для оживления «дальних» украинских традиций необходим общий ренессанс культуры, а он невозможен без преемственности «ближней». Во-вторых, именно «ближняя» преемственность подсказывает нужные ответы на вызовы современности. Без «ближней» преемственности», без непрерывной ценностной смычки поколений общество как полноценный социальный организм сложиться не может.
 
Ценностная подпитка общества как «ближней», так и «дальней» преемственностью - проблема всемирная. Народы, переживавшие возрождение ценностей и встававшие на путь успешного развития, всегда очень бережно относились к сохранению исторической преемственности. Мировой опыт говорит о том, что преемственность как позитивная «вытяжка» из прошлого заключает в себе начала устойчивости,  уверенности в завтрашнем дне. И то обстоятельство, что в отличие от ельцинской России, которая «загибалась», путинская Россия «расправляет плечи», во многом связано с нынешним восприятием россиян как граждан страны с великим прошлым.
 
Другой пример - Китай, находившийся в тяжелейшем положении во времена «культурной революции» Мао и получивший «второе дыхание», мощно рванувший в мировые лидеры, когда усилиями Дэн Сяопина были возрождены конфуцианские и даосские традиции, животворившие дух китайского народа на протяжении веков. Казалось, тут бы и забыть о наследии Мао, но политическая мудрость китайских вождей подсказала иное. И тот же Дэн-Сяопин, преследуемый прежним режимом, воздвиг величественный пантеон своему противнику Мао Цзэдуну.
 
Противоположный Китаю пример – деградация культуры протестантизма в Соединенных Штатах. Если протестантская этика выдвигала на первый план ценность труда, то со временем в США воцарился культ потребительства. Итог: страна, ставшая финансовым банкротом и хроническим должником, обречена утратить лидерство на мировой арене уже в обозримом будущем. И нынешний мировой финансовый кризис с эпицентром в США - результат глубокой ценностной деградации.
 
Преемственность по отношению к тому лучшему, что было в прошлом,  - непременное условие преуспевания страны. Рывок вперед без опоры на прошлое невозможен. В Китае на сей счет имеется даже семейная традиция: сын для освоения накопленного опыта в течение трех лет после смерти отца ничего не меняет, вживается в оставленное предками.
 
Поэтому осознание причастности каждой страны бывшего СССР к передовому образованию, к великим научным открытиям, к пионерским технологическим прорывам в космос и в глубины строения материи есть мощный фактор веры в себя, в будущее своего народа, фактор формирования той модели развития, без которой деградация (как в Украине) неизбежна даже при наличие высоких темпов роста. Ибо экономический рост в Украине – некачественный, он тянет экономику вниз и предопределяет все большее отставание страны даже от ее когда-то более отсталых соседей (Румынии, Польши, Словакии) (2). Задумаемся и над тем, что за 17 лет независимого государственного существования Украина не достигла экономического уровня Украинской ССР 1990 года.
 
Считается, что причастность ко многим культурам есть критерий высокоразвитости. Общекультурная продвинутость предохраняет от экономической и социальной деградации, способствует появлению достойной элиты, а это – залог продвижения на верхние этажи управленческой иерархии достойных вождей.
 
Не можем мы, говоря о преемственности ценностей, обойти и спасение нашей страной человечества от фашистской чумы. Подмена подвигов советских воинов деяниями «героев» вроде Шухевича резко снижает самооценку украинцев, кардинально меняет ответ на вопрос «на что мы способны». Разные ответы на этот вопрос, укореняющиеся в общественном сознании, - это разные судьбы страны. Ощущение причастности к великим делам, к планетарному величию придает гражданам силу и веру, настраивает общество на мощный созидательный порыв. Систематическое же разрушение преемственности с ближайшим прошлым, как это имеет место сейчас, неизбежно опускает народ в трясину прозябания.
 
Почему Президент Украины, ставший «главным историком» страны, выборочно клеймит лишь то, что связано с СССР и Россией? Почему никогда не упомянет ни злодеяния фашизма, ни жуткие издевательства над украинцами, творившиеся польской шляхтой, из-за чего восстали казаки во главе с Богданом Хмельницким? Наверное, потому, что на этом в глазах рьяного украинского националиста ничего не заработаешь.
 
Да, у Украины есть своя славная история. Это так. Однако идеологически ущербное изображение истории нынешней властью удаляет из нее неимоверно важный фрагмент преемственности - преемственность ныне живущих с несколькими непосредственно предшествующими им поколениями. Соглашаясь с такой «интерпретацией» нашего прошлого, мы, по сути, берем на себя роль палачей памяти наших отцов, дедов, прадедов. Кастрируем прошлое – лишаем себя как народ будущего.
 
____________
ПАХОМОВ Юрий Николаевич – академик Национальной академии наук Украины, директор Института мировой экономики и международных отношений НАН Украины.
 
(1) Трипольцы имеют к украинцам такое же отношение, как древние египтяне к нынешним египетским арабам.
 
(2) В США - в отличие от нас, живущих в Украине, - непрерывно сообщается о том, что без вливания «русской научной крови» не было бы многих современных достижений физики, математики, информатики и других наук. Говорится и о том, что если в Россию вернутся лишь 200 или 300 выдающихся российских умов, то в США перестанут существовать как минимум 3-4 отрасли науки (лазерные технологии, биофотоника и др.)
Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору
создание сайта: drupal-service.ru