Информационно-аналитическое издание

Почему президент Зеленский переходит «красные линии»

Президент Зеленский переходит «красные линии»
Версия для печатиВерсия для печати

На протяжении многих лет одним из главных аргументов либеральных деятелей Запада о том, что Советский Союз является тоталитарным государством было так называемое отсутствие свободы слова в СССР. Своеобразным символом тоталитаризма и авторитаризма выступали советские «глушилки», спецсредства вызывающие помехи при прохождении сигнала радиостанций «свободного мира». И вот оказалось, что не таким уж и свободным является этот пресловутый «свободный мир». Людям, склонным к серьёзному анализу информации это было ясно с самого начала. А вот широким массам это открывается только теперь. После того как на Западе стали запрещать трансляцию неугодных им российских телерадиокомпаний, легально работающих в странах ЕС и США. И особенно после того, как в самих Соединённых Штатах начали блокировать даже Twitter тогда ещё действующего президента США.

Особо гротескные формы приобрела борьба со свободой слова на Украине. Это началось задолго до печально известного указа президента Зеленского о запрете вещания трёх оппозиционных телеканалов ZIK, NewsOne и «112 Украина». Сразу после переворота 2014 года путчисты, которые до этого были, по крайней мере на словах, ярыми поборниками свободы слова, запретили трансляцию российских телеканалов, избивали неугодных им журналистов и даже руководителей телерадиокомпаний, бросали в тюрьмы отечественных и высылали иностранных журналистов, лишали СМИ аккредитации. Тогда же был принят на первый взгляд не касающийся СМИ закон о «О санкциях», подписанный президентом Порошенко 14 августа 2014 года. В этом законе среди прочего для юридических и физических лиц, попавших под санкции, предусматривалось: «Аннулирование или приостановление лицензий и других разрешений, получение (наличие) которых является условием для осуществления определённого вида деятельности... Запрет пользования радиочастотным ресурсом Украины... Ограничение или прекращение предоставления телекоммуникационных услуг и использования телекоммуникационных сетей общего пользования».

Правда все эти кары должны было применяться только по отношению к «иностранному государству, иностранному юридическому лицу, юридическому лицу, которое находится под контролем иностранного юридического лица или физического лица-нерезидента, иностранцам, лицам без гражданства, а также субъектам, осуществляющим террористическую деятельность». Но под «террористическую деятельность» в современной Украине можно подвести любую критику евромайдана или действий власти, как это уже нередко случалось после переворота.

Таким образом, появилась возможность запретить вещание любой телерадиокомпании, что перечёркивало весь законодательный массив по обеспечению свободы слова, наработанный за многие годы.

Ведь ещё в середине 1990-х годов прошлого века в законодательство Украины были внесены серьёзные гарантии по обеспечению свободы слова. Был создан Национальный совет по вопросам телевидения и радиовещания, где наряду с представителями исполнительной власти была представлена и законодательная власть, в том числе и оппозиция. Репрессии против той или иной ТРК могло остановить меньшинство — оппозиционная часть, сорвав кворум. Нацсовету передали всё лицензирование и надзор за негосударственными телерадиоорганизациями, отобрав эти функции у Гостелерадио, руководство которого назначалось президентом Украины. А позже, во время так называемой конституционной ночи, в Конституцию был введён пункт о том, что председатель Гостелерадио утверждается парламентом. Там же в Конституции зафиксировано назначение президентом и парламентом членов Нацсовета на паритетных началах – по четыре представителя от каждой ветви власти. Был принят закон «О Национальном совете Украины по вопросам телевидения и радиовещания» и внесены дополнения в закон «О телевидении и радиовещании», где телерадиоорганизациям были даны почти железные (как тогда казалось) гарантии от произвольного закрытия. Аннулировать лицензию на вещание той или иной ТРК можно было только из-за очень крупных нарушений, исчерпывающий перечень которых был приведён в законе. Причём до лишения лицензии телерадиокомпании к ней надо было применить другие меры воздействия: вначале предупреждение, потом штраф, потолок которого фиксировался в зависимости от стоимости лицензии, а само аннулирование допускалось только через суд. При этом телерадиоорганизация вначале могла оспорить в суде принятое Нацсоветом решение, а уж потом Нацсовет в результате судебного разбирательства мог лишить телерадиокомпанию лицензии, но не сразу, а после того, как выиграет ещё и апелляционный суд. И даже после этого ТРК могла подать кассационную жалобу и остаться в эфире. Таким образом, выбить телерадиокомпанию из эфира было практически невозможно. Также был принят закон «О государственной поддержке средств массовой информации и социальной защите журналистов», который давал, как тогда казалось, прочные гарантии в обеспечении деятельности журналистов, защищал их права на получение информации.

Украинские националисты безгранично пользовались свободой слова при Кучме и Януковиче, а при Ющенко и Порошенко, когда были у власти, пытались её ограничивать, но до закрытия телеканалов дело не доходило.

Данный экскурс в историю дан, чтобы показать, что даже лишение эфира по отношению к одной телерадиокомпании было бы случаем неординарным, даже шокирующим. А Зеленский сделал это по отношению сразу к трём телерадиоорганизациям! Причём без судебного разбирательства и даже без обнародования информации за что миллионы зрителей лишены возможности смотреть любимые телеканалы. Даже Порошенко не рискнул пойти на такой шаг, хотя по этому поводу было принято соответствующее решение парламента. Сейчас Пётр Алексеевич оправдывается, что не сделал этого, чтоб его не обвиняли в ущемлении свободы слова перед выборами. Но, так или иначе, Зеленский в этом направлении перещеголял своего предшественника.

Зеленский пошёл на беспредел, что означает «действия, переходящие любые рамки писаных и неписаных законов; крайняя степень беззакония, беспорядка». Беспредельщик, как правило, способен добиться кратковременного успеха, пользуясь шоком окружающих, которые просто не ожидали, что кто-то может перейти все «красные линии». Но беспредельщик обречён на поражение в долгосрочной перспективе, так как общество живёт по правилам – писаным и неписаным. Поэтому на беспредельщика рано или поздно нападут все, даже враждующие между собой. Даже в уголовном мире беспредел не только не приветствуется, но и грозит суровым наказанием, вплоть до расправы.

Свой первый «нестандартный» ход Зеленский сделал сразу после избрания президентом: он распустил парламент на три месяца раньше, чем истекали его полномочия. Причём эти месяцы были летними и парламент всё равно был бы на каникулах, то есть особого вреда обществу принести не мог, тем более что президент мог бы заблокировать любой неугодный ему закон, принятый парламентом, использовав право вето. Роспуск Верховной Рады и досрочные выборы были нужны Зеленскому, чтоб получить однопартийное большинство в парламенте. Если бы он провёл выборы в назначенный законом срок, то часть избирателей уже успела бы понять, что Владимир Александрович совсем не тот человек, за которого себя выдаёт, что он совсем не похож на своего киногероя Василия Голобородько.

Досрочный роспуск парламента президентом – экстраординарная для Украины мера. На него не пошёл даже президент Кучма, несмотря на то что яростно воевал с парламентом и неоднократно грозился распустить его. Распускали парламент в истории Украины до Зеленского дважды, и оба раза президенты-националисты — Виктор Ющенко в 2007-м и Пётр Порошенко в 2014-м.

Ещё один неординарный, если так можно выразиться, шаг Зеленского – это законопроект «О восстановлении общественного доверия к конституционному судопроизводству», в котором он предложил уволить весь состав Конституционного суда, хотя по Конституции ни президент, ни парламент не могут разогнать Конституционный суд, так как сама сущность этого органа в том, чтобы не допускать нарушения Конституции ни со стороны исполнительной, ни со стороны законодательной власти. То есть Зеленский, опираясь на большинство, которое имеет его партия в парламенте собирался осуществить конституционный переворот. Когда этого не получилось сходу, президент отозвал свой законопроект, но указом отстранил от должности главу КС Александра Тупицкого, на что не имел никакого права. Также Зеленский запретил охране пускать Тупицкого на работу. В результате руководитель Конституционного суда не мог подписывать документы для выплаты зарплаты сотрудникам суда и пользоваться печатью. К тому же Госказначейство по приказу президента заблокировало подпись Тупицкого. Поэтому глава Конституционного суда 9 февраля был вынужден передать полномочия своему заместителю, бывшему нардепу-националисту и бывшему министру юстиции Сергею Головатому.

Судьи Конституционного суда в большинстве своём вызывают вопросы. Достаточно вспомнить, как они вопреки Конституции признали конституционными так называемые законы о декоммунизации, отменить которые требовали народные депутаты, не принявшие майданный переворот. Но речь ведь идёт не о моральном облике судей Конституционного суда, а о государственных устоях страны, которые подрывает Зеленский – только потому, что в некоторых вопросах судьи КС поддержали не его, а его политических противников-оппозиционеров.

Приветствуя закрытие оппозиционных телеканалов, украинские политики-националисты понимают, что это «палка о двух концах». Потому что так можно закрыть любой другой неугодный президенту телеканал безо всякого судебного разбирательства, не утруждая себя никакими доказательствами, лишь заявив о том, что есть секретные документы, которые нельзя оглашать, свидетельствующие о том, что среди учредителей этой телерадиоорганизации имеются субъекты, осуществляющие «террористическую деятельность». Недаром экс-президент Порошенко, приветствуя расправу Зеленского над тремя телеканалами, выступающими против вражды с Россией, сразу предостерёг своего преемника от репрессий в отношении телеканалов самого Петра Алексеевича («5 канал» и «Прямой»).  

«Мы... предостерегаем власть от давления на украинские патриотические телеканалы, потому что понимаем, что прецедент с медиа Медведчука интересует её не только в контексте борьбы с российской пропагандой, но и с точки зрения борьбы с любой критикой в адрес Зеленского», — заявил Порошенко.

Но так или иначе, если украинское общество, будь то правые, будь то левые, не отреагирует на произвол, то защищённым себя больше никто чувствовать не сможет.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору
создание сайта: drupal-service.ru