Информационно-аналитическое издание

Отец русской хирургии – «чудесный доктор» Николай Пирогов

Николай Иванович Пирогов
Версия для печатиВерсия для печати

В ноябре 1810 года, 13 числа (25 по новому стилю), в Москве в патриархальной семье родился великий русский хирург, учёный, педагог и общественный деятель Николай Иванович Пирогов.

На Украине Пирогова, как и многих русских учёных, объявили «видатним українськім вченим». Однако произошёл конфуз. В 2018 году ребальзамирование тела великого учёного и хирурга чуть не было сорвано. Американка Уляна Супрун, и. о. министра здравоохранения Украины, устроила в Facebook манипулятивный опрос: на что лучше потратить 200 тыс. гривен, необходимых для проведения ребальзамирования, – на эту процедуру или на закупку препаратов для лечения онкобольных. В стране вспыхнул грандиозный скандал. Украинцы обвинили американку в крохоборстве, предложили перестать воровать и сэкономить на лечении депутатов и министров. Медики объявили сбор денег на проведение ребальзамирования, мэр Винницы пообещал найти средства для этого в городском бюджете. В результате деньги всё же были выделены из госбюджета, и ребальзамирование тела Пирогова провели сотрудники Винницкого медицинского университета. Найдут ли деньги на эту процедуру в следующий раз – неизвестно.

Николай был 13-м ребёнком в семье. С раннего детства он заинтересовался медициной. Известный московский врач Ефрем Осипович Мухин, прослышав о таком увлечении мальчика, принял участие в его судьбе и посоветовал отцу Николая направить его учиться на медицинский факультет Московского университета. Пирогов стал студентом в 14-летнем возрасте и успешно закончил университет в 17 лет, после чего продолжил учиться в Дерптском университете (сейчас это Тартусский университет в Эстонии). Во время обучения Николай работал прозектором в анатомическом театре. Уже в 22 года он успешно защитил докторскую диссертацию и вместе с группой товарищей отправился для стажировки и продолжения обучения в Берлинский университет.

В 1836 году Николай Пирогов был назначен профессором теоретической и практической хирургии в Императорский дерптский университет. В Дерпте он провёл уникальные пластические операции. Здесь же Николай Пирогов разработал новую методику операции на нижней конечности, позволяющую сохранить ногу, а не ампутировать её.

Научные успехи молодого Пирогова принесли ему мировую известность в медицинском сообществе и в 1841 году его приглашают возглавить кафедру хирургии в Медико-хирургической академии Петербурга. Здесь Николай Иванович проводит исследования анатомии на замороженных телах и создаёт новый раздел медицины – топографическую анатомию. Результатом его исследования стал атлас «Топографическая анатомия, иллюстрированная разрезами, проведёнными через замороженное тело человека в трёх направлениях», который на долгие годы стал анатомическим пособием для студентов-медиков и врачей.

Пирогов открывает хирургическую клинику при кафедре с операционной и палатами для больных, где студенты и врачи имеют возможность заниматься практической медициной. Он становится основоположником новой науки – госпитальной хирургии. Кроме того, Пирогова назначают директором Инструментального завода, где он разрабатывает новые хирургические инструменты и налаживает их выпуск.

Николай Пирогов, как врач, был участником четырёх войн. 

В 1847 году он добровольно отправляется хирургом в действующую армию на Кавказ.

Здесь им впервые в полевой хирургии был применён эфирный наркоз. До внедрения в хирургическую практику наркоза все операции проводились под «крикаином». Считалось, что надёжно привязанный пациент в обезболивании не нуждается. В лучшем случае перед операцией раненому давали стакан водки. В этих условиях быстрота проведения операции являлась очень важным моментом, чтобы больной не успел умереть от болевого шока. Николай Пирогов владел прекрасной хирургической техникой и совершал сложные операции за минуты. К примеру, удаление камней из мочевого пузыря он произвёл за полторы минуты. Но при тяжёлых ранениях, даже такое мастерство и скорость, не спасали от болевого шока, который приводил к смерти раненого. До клинического использования эфира Пирогов испытал действие эфирного наркоза на себе. Ведь самым важным было не ввести раненого в наркоз, а добиться, чтобы он проснулся после него. Пирогов провёл около 10 тысяч операций под эфирным наркозом. На Кавказе он впервые применил при ранениях конечностей и переломах крахмальные повязки вместо лубков, что значительно повысило эффективность лечения. Именно он назвал войну «травматической эпидемией».

Не успела отгреметь одна война, как началась другая. В 1853 году русско-турецкий военный конфликт превратился в полноценную войну. В 1854 году Николай Пирогов с группой врачей и медсестёр отправляется в осаждённый Севастополь и становится главным хирургом.

В ноябре 1854 года он пишет жене: «Приехав в Севастополь 12 ноября, следовательно, 18 дней после дела, я нашел слишком 2000 раненых, скученных вместе, лежащих на грязных матрацах, перемешанных, и целые 10 дней почти с утра до вечера должен был оперировать таких, которым операции должно было сделать тотчас после сражения».

Пирогова возмущает организация медицинской службы в армии: «...не заготовили ни белья для раненых, ни транспортных средств и когда вдруг к прежним раненым прихлынуло 6000 новых, то не знали, что и начать. За кого же считают солдата? Кто будет хорошо драться, когда он убежден, что раненого его бросят как собаку».

В Крыму Пирогов проявил себя не только, как выдающийся хирург, спасший тысячи жизней русских солдат и офицеров, но и как прекрасный организатор здравоохранения.

Он впервые применяет медицинскую сортировку раненых на перевязочных пунктах, организовывает их транспортировку и эвакуацию в тыловые госпитали. Безнадёжным раненым с повреждениями, несовместимыми с жизнью, проводили обезболивание и больше не тратили на них время. Тяжелораненых, которых  можно было спасти, оперировали прямо на месте и затем отправляли в тыл. Легкораненых перевязывали, и они могли продолжать воевать.

Николай Пирогов на передовой позиции в Севастополе.

Николай Пирогов на передовой позиции в Севастополе.

В Севастополе Пироговым впервые были применены гипсовые повязки взамен крахмальных. Это значительно улучшило лечение травматических переломов и спасло сотни раненых от ампутации. Тем не менее их приходилось выполнять довольно часто. Николай Иванович так организовал работу врачебных бригад, что они могли проводить на трёх столах 100 ампутаций за 7 часов. «Триста ампутаций, не считая других значительных операций, сделано нами в течение первых дней бомбардирования», – вспоминал Пирогов. В ходе крымской войны Пирогов, одним из первых, применил для наркоза хлороформ.

Число раненых было огромно. В письме к профессору Зейдлицу Пирогов сообщает: «Вся окрестность редута была наполнена телами убитых. У нас было 400 убитых и 1800 раненых. Вся эта масса раненых ещё в ту же ночь и на другой день была размещена в различных амбулансах в городе. И мы работали два дня, пока удалось почти всем доставить необходимую помощь; но даже теперь, шесть дней после сражения, мы находим раненых, которым ещё не успели подать существенную хирургическую помощь».

Во время Крымской кампании Николай Иванович впервые организовал работу медсестёр в полевых условиях и госпиталях. Первыми помощь раненым стали оказывать местные женщины. Имена медсестёр Даши Севастопольской и Прасковьи Графовой знала вся Россия. «За примерное старание в ухаживании за больными и ранеными» Даша Севастопольская получила Золотую медаль с надписью: «За усердие» на Владимирской ленте. Пирогов вспоминает: «Дарья является теперь с медалью на груди, полученной от государя, который велел её поцеловать великим князьям, подарил ей 500 рублей и еще 1000, когда выйдет замуж».

Целую группу медсестёр из Крестовоздвиженской общины прислала в Крым великая княжна Елена Павловна. Николай Иванович восхищался их самоотверженной работой: «В комнатах больных они подвергались днём и ночью опасности от заразы и от простуды. Нельзя было не дивиться их усердию, деятельности при ухаживании за больными и их истинно стоическому самоотвержению».

Условия в осаждённом городе были ужасными. Кроме непрерывных обстрелов начались вспышки инфекционных заболеваний. «Из двадцати сестёр в Симферополе шесть умерло. Врачи беспрестанно заболевают и умирают; из шестнадцати, которые здесь в Севастополе под моим руководством работали, семь заболели тифом, а из восемнадцати сестёр здесь семь заболели и уже две умерли», – пишет Пирогов.

Сёстры милосердия Крестовоздвиженской общины в Севастополе. 1855 год.

Сёстры милосердия Крестовоздвиженской общины в Севастополе. 1855 год.

Сам Николай Иванович работал день и ночь не покладая рук. Современники удивлялись его необыкновенной работоспособности. «Нельзя ещё не изумляться здесь профессору Пирогову. Этот гениальный хирург неоценим; подобного ему, по искусству и неутомимости, едва ли можно встретить; он весь привязан к своему делу, и, кажется, у него нет другой мысли, как о раненых и больных», –  писал работавший под его руководством доктор Славони.

Среди солдат о докторе Пирогове ходили легенды. Одна из медсестёр вспоминала: «Солдаты прямо считают Пирогова способным творить чудеса. Однажды на перевязочный пункт несли на носилках солдата без головы; доктор стоял в дверях, махал руками и кричал солдатам: «Куда несёте? Ведь видите, что он без головы». «Ничего, ваше благородие», – отвечали солдаты, – голову несут за нами; господин Пирогов как-нибудь привяжет, авось ещё пригодится наш брат-солдат».

За время нахождения в Крыму, Пирогову удалось улучшить содержание раненых и их транспортировку в тыл, но в целом ситуация с военно-полевой медициной оставалась тяжёлой.

Возвратившись в Петербург, Николай Иванович встречается с императором Александром II и честно рассказывает ему об отсталости русской армии и всех имеющихся в ней недостатках. Самодержцу не понравилась откровенность Пирогова, и он отправил его в Одессу попечителем  учебного округа. Через несколько лет его переводят из Одессы в Киев на аналогичную должность. Здесь расцвёл его педагогический талант. Николай Иванович был противником телесных наказаний учащихся, считая, что они не только унижают ребёнка, но и приучают его к рабскому повиновению. «Быть человеком – вот к чему должно вести воспитание», – писал Пирогов. Он был сторонником образования на русском языке и утверждал, что «презрение к родному языку позорит национальное чувство».

В 1862 году Пирогова направляют за границу руководить обучением кандидатов в профессора медицины. Он поселяется в Гейдельберге и не только выполняет свои обязанности куратора, но и занимается врачебной деятельностью. Николай Иванович принимал участие в лечении итальянского революционера Джузеппе Гарибальди и спас его ногу от ампутации. Впоследствии Гарибальди с благодарностью вспоминал о Пирогове и писал, что «для добрых дел, для подлинной науки нет границ в семье человечества…».

В 1870 году по просьбе Красного Креста Пирогов выезжает в качестве врача на франко-прусскую войну. А в 1877-1878 годах по настоянию императора Александра II Николай Иванович выезжает в Болгарию и оказывает помощь раненым в русско-турецкой войне.

Возвратившись домой, Пирогов поселяется в своём имении Вишни под Винницей и продолжает научную и врачебную деятельность. Здесь он пишет двухтомник «Начала всеобщей военно-полевой хирургии», который стал учебником для нескольких поколений врачей. Тут Пирогов работает и над другой своей книгой «Записки старого доктора», где обобщает свой богатый медицинский опыт. Николай Иванович продолжает заниматься и практической медициной. В имении он открывает аптеку и небольшую больницу, где продолжает много оперировать местных жителей и приезжих. Благодарные пациенты называют его «чудесным доктором». В своём «Дневнике...» он писал: «Самые счастливые результаты были получены из практики в моей деревне».

Умирает выдающийся русский хирург ‎23 ноября (‎5 декабря‎) 1881 года, через несколько дней после дня рождения, от рака верхней челюсти. Перед смертью он выражает желание, чтобы его тело было забальзамировано. Жена Николая Ивановича Александра Антоновна обращается к ученику Пирогова петербургскому профессору Выводцеву с просьбой об исполнении воли мужа. Святейший Синод даёт разрешение на бальзамирование, «дабы ученики и продолжатели благородных и богоугодных дел Н. И. Пирогова могли лицезреть его светлый облик».

Забальзамированное тело Пирогова в музее-усадьбе.

Забальзамированное тело Пирогова в музее-усадьбе.

В 1947 году в усадьбе Пирогова открывается дом-музей. Здесь же находится забальзамированное тело великого хирурга. Первая ребальзамация тела Пирогова проводится в 1945 году, и далее она повторяется каждые 6-8 лет. В 1979 и 1988 годах эта процедура проводилась в Москве сотрудниками лаборатории при Мавзолее Ленина ВИЛАР, а с 1994 года ребальзамирование проводят в лаборатории при музее-усадьбе Пирогова.

Заглавное фото: Николай Иванович Пирогов.

 

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору
создание сайта: drupal-service.ru