Информационно-аналитическое издание

Об украинских лингвистах замолвлю слово

Версия для печатиВерсия для печати

Я совершенно не знаю английского языка. Так уж получилось. В школе не изучал. С таким же успехом (или неуспехом?) можно было бы говорить и о французском языке с испанским, и о японском с китайским, и о ещё почти о семи тысячах языков, на которых говорят жители нашей планеты. Правда, кроме родного русского знаю украинский и немецкий. Последний не так чтобы хорошо, но, бывая в Германии, вполне обхожусь без переводчика. Вроде и не полиглот, но три языка, думаю, не так неплохо. Точнее, думал. Выяснилось, что совсем не тем языкам учили меня в школе и университете.

Русский язык на Украине стал – ни больше ни меньше – вражьим языком, языком «оккупантов». И без того неуютно чувствовал он себя в учебных программах средних школ и высших учебных заведений, а нынче и вовсе превратился в изгоя.

Количество школ, в которых преподавание ведется на русском языке, уменьшается на Украине, как снежный ком в июле. Двадцать пять лет назад на русском обучались почти 52% школьников Украины. Сейчас число их практически сведено к нулю – менее пятисот школ осталось, то есть чуть более 2% общего числа. Не калёным железом, нет, выжигались русские школы из страны. Действия власти были тщательно продуманы, спланированы и на удивление последовательно осуществлены. Каждую пятилетку число русскоязычных школ уменьшалось на десять процентов. Вне зависимости от фамилии правящего президента (обещавшего русский сделать вторым государственным или не обещавшего) и вне зависимости от фамилии министра образования и его «статуса» - русофила или русофоба. Каждые пять лет - минус десять процентов. Лучше бы уж, наверное, железом прошлись: по крайней мере, мир увидел бы и, может быть, вздрогнул. Если бы, конечно, захотел бы увидеть.

Официальные представители цивилизованного мира – и ОБСЕ и ООН (по крайней мере, те, с кем из приезжавших на Украину удалось пообщаться) ни видеть, ни слышать особо не хотят. Если и слышат, то не видят, если видят – не слышат. Да, говорят, незначительные нарушения прав русских и русскоязычных на Украине имеются, но это же незначительные нарушения. Не надо из этого делать трагедии и раздувать вселенский пожар. На мой вопрос: «Если вам в тисках зажать всего одну фалангу самого маленького пальца – мизинца, это незначительное нарушение ваших прав и свобод?» - только разводят руками. Но это они. Чужие. А мы сами-то как? Так и будем молча глотать? Если на протяжении четверти века ежегодно, из года в год аккуратно уничтожать по два процента русских школ, то работы у них ровно на год осталось. Трудно представить, чем эти ведомства займутся через год. Точнее – за кого возьмутся.

Пока не запрещено на русском изъясняться, хотелось бы напомнить «инквизиторам» кое-что из истории вопроса. Прежде всего, это касается самого происхождения русского и украинского языков. Наиболее распространённая версия заключается в том, что русский и украинский языки произошли из общего древнерусского языка. Связано это было с разделением славянских государств. Различия между языками наметились IX-XII веках, а окончательное формирование произошло в XIV веке. За примерами и доказательствами далеко ходить не надо. Точнее, не ходить, а ехать. Всего-то 300 км от Киева. Черниговская область, Новгород-Северский. В этом уютном городке, у самой границы с Россией и Белоруссией, на территории Свято-Преображенского монастыря находится единственный в своем роде музей – музей книги. Книга эта – «Слово о полку Игореве».

Известна точная дата написания этого уникального памятника древнерусской литературы – 1185 год, то есть конец ХII века. Два века бьются филологи над переводом этого произведения. Сотни вариантов существует. Всего-то 830 лет прошло со дня написания, а уже столько толкований. Одно бесспорно: именно из этого языка вышли и русский, и украинский, и белорусский языки. Достаточно пройтись по селам этого края и пообщаться с местными жителями. В чистом виде нет здесь ни русского, ни украинского, ни белорусского. Мотивы же бессмертного «Слова…» слышны в говоре обитателей каждого селения. У ученого люда есть неисчерпаемая тема для исследований, хлеба, как говорится, на всю жизнь хватит, если займёшься выяснением, какой язык от какого произошел. Какой основной, какой производный от основного и т.д., и т.п.

Существуют крайние точки зрения. Приверженцы одной из точек зрения считают украинский язык, по сути, русским, но загрязнённым большим количеством слов из польского языка. Другие утверждают, что украинский язык — это древнерусский язык, использовавшийся как народный язык Древнерусского государства, а русский язык — результат загрязнения украинского тюркизмами, теми же польскими словами и добавлением обширного лексического пласта из церковнославянского языка. Одно почти бесспорно и в этом сходится большинство исследователей: до начала процессов стандартизации белорусского, русского и украинского языков язык людей, проживающих на современной территории Белоруссии, Российской Федерации и Украины, изменялся от Минска, Москвы до Киева плавно, не позволяя провести чёткую границу между белорусским, русским и украинским языками. Корни едины. Родина одна.

Ещё 150 лет назад при составлении своего знаменитого словаря Владимир Даль обратил внимание на это обстоятельство: «Возьми у нас в былое время Новгород, Псков или Суздаль перевес над Москвою, и нынешний московский язык слыл бы местным наречием. Поэтому не было бы повода почитать московское наречие более чистым и правильным, чем мало- или белорусское, если бы это наречие не обратилось бы в язык правительства, письменности и просвещения». Это родные языки.

А межэтнические отношения? По данным переписи 1989 года, около 20% семей на Украине были созданы на основе смешанных браков, главным образом украинско-русских. Опрос русского населения Украины в августе 1991 года показал, что близких родственников украинской национальности имели 73% опрошенных на востоке Украины, 62% – в центральном и южном регионах, 53% – в Крыму, 50% – на западе страны. Боже, как прав был Владимир Иванович Даль, датчанин по происхождению, прославивший трудами своими и Россию, и Украину: «…возьми у нас в былое время перевес … над Москвою…» Кто в данной ситуации «взял перевес» и над кем – тема для нескончаемых исследований историков следующих поколений.

Сегодня одно ясно: прославить-то Украину Владимир Даль прославил, а вот научить, научить ничему, к сожалению, не научил. Как это привычно нынче в стране: и гордимся, и восхваляем, и цитируем, но не изучаем и не читаем даже. Это я о правителях. Нечитанными стоят на их полках и Тарас Шевченко, и Леся Украинка, и Иван Франко, и Владимир Даль…

А что же с моим немецким? С ним проще. Лишний он безо всякой идеологии. Ни президент, ни премьер-министр им не владеют. Точнее, не так: владеют они не им – английским владеют. И вроде бы очень хорошо: первые лица знают иностранные языки. В кои-то веки! Да только гордиться этим не хочется. То ли из-за высокомерия, с которым они вещают на английском в Киеве в присутствии своих соотечественников, в массе своей не владеющими иностранными языками – только родными украинским да русским. То ли из-за стыда, испытываемого согражданами за своих правителей, когда те, унизительно прогибаясь перед иноземцами, говорят с ними в вашингтонах и парижах на их языке, языке непонятном для большинства граждан страны, которую они представляют. То ли из-за упёртости, с которой в один голос оба эти «романо-германских лингвиста» вещают о немедленной ликвидации всеобщей англоговорильной безграмотности.

Теперь соискатели ученых степеней и званий должны (это новые требования) в совершенстве знать английский прямо со следующего года. Равно как и выпускники школ, должны на нём свободно заговорить, покидая стены своих учебных заведений. Совсем забыли эти знатоки английского, что в том, что своими знаниями иностранного языка они в бОльшей степени должны быть благодарными системе образования, взрастившей их, да папе с мамой, убедивших чадо учить иностранный язык и взявших на себя финансовое бремя этой учебы.

Могут ли похвастать первые лица государства украинского тем, что создали для своих граждан финансовую базу, на основе которой родители могли бы осуществлять обучение своих детей? Могут. Но граждане эти – только их дети. Могут ли похвастать правители Украины достижениями в развитии системы образования? Могут. Достижение пока только одно – не до конца развалили советскую систему народного образования. Это ж какая была удивительная страна, удивительная своим могуществом? Четверть века не могут разграбить созданное в советской экономике. Четверть века не могут разрушить созданное в народном образовании. Четверть века не могут даже символику соскрести со стен. Ничего не могут. Впрочем, это тема для другого разговора. Надеюсь, об этом тоже поговорим.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору
создание сайта: drupal-service.ru