Информационно-аналитическое издание

О «культуре речи» за 50 гривен

Версия для печатиВерсия для печати

Виктор Янукович в отношении оппозиции как-то сказал: «Я думаю, народ у нас умный и он разберется, кто есть кто... Пусть они сами себе сломают шеи – люди им помогут». Представляется, что в отношении некоторых «оппозиционеров» властям нужно делать что-то раньше «сворачивания шей», хотя бы для того, чтобы люди оставались в здравом уме.

Одиозная Фарион решила совместить антирусский агитпроп с филологическим самопиаром и осуществила турне по Слобожанщине якобы с просветительской целью, для презентации очередного издания своей книги: «Языковая норма: уничтожение, поиск, возобновление».

8 апреля она «сеяла» свои апрельские тезисы, откровения и сентенции в Харькове, 9 апреля — в Сумах…

В Харьковском национальном университете имени В. Н. Каразина неистовая нардепка выступала в какой-то мере инкогнито, чтоб избежать излишних проявлений «всенародной любви».

Презентация особо не афишировалась; оповещение «свидомых» соратников производилось таким образом, чтобы на хвосте не привели чужих; пресс-конференция для журналистов не подразумевалась. Главный парламентский борец против русского языка упорно избегала «ближнего боя», игнорировала неудобные вопросы, оскорбляла людей, задававших эти вопросы…

Ведь на лекцию-презентацию-шоу Фарион «просочились» и те харьковчане, которых очень занимал вопрос, как проявления что ни на есть пещерной идеологии могут совмещаться с традициями Харьковского национального университета.

***

Показательно, что презентуемая фарионская монография имела многообещающий подзаголовок: «Культура речи публичных людей». И мы внимательно выслушали «культурную речь» этого публичного человека.

Как оказалось, презентация монографии заключалась в ее продаже всем желающим за 50 гривен – у входа в Большую химическую аудиторию.

В самой же аудитории, где проходила встреча, Ирина Фарион упомянула книгу вскользь, сообщила, что этот нетленный труд уже был отослан премьер-министру Азарову. Поделилась дальнейшими научными планами: «вылизать» (к этому глаголу Фарион питает трудно объяснимую слабость) еще один научный труд летом, если не случится революции.

И переключилась на менее обременительное занятие – демонстрацию картинок, то есть плакатов на заданную тему, нарисованных ее студентами. Картинки – очень на любителя. Однако любителей в зале оказалось достаточно много. О теме этих «окон РОСТА» хуторянского пошиба, в разные годы запускавшихся из стен «Львовской Политехники» в окружающую среду, догадаться несложно: спасение украинской мовы от засилья оккупационного русского языка, от суржика, от ужасных соседей и вообще от доброй половины населения Украины.

Автор идеи всего этого плакатного идеологического рукоблудия — сама Фарион. Она охотно поведала сочувствующей аудитории, как возник проект. Полтора десятилетия назад, когда ее фамилией еще не пугали детей детсадовского возраста, Фарион ехала во львовской маршрутке. И произошло ужасное: утонченная преподавательница услышала известную песню «Убили негра». Надо полагать, что смутила ее не столько тема песни, сколько русский язык, звучащий в эфире «Нашего радио». «Разумеется, я подошла к водителю и попросила, чтоб он выключил. И он меня послал – сами знаете… Туда посылают часто, зайти туда невозможно, но посылают».

Не знаю, заслуживает ли тот водитель государственной награды. Но нужно отдать должное его проницательности. Как ни крути, а чутье подсказало ему верный рецепт: эту экзальтированную даму и ей подобных типусов с их идеологическими тараканами надо посылать куда подальше – и держать дистанцию.

В общем, водила довел чувствительную преподавательницу до слез, она пожаловалась своим студентам на такое безобразие: «Вам это нравится?.. Так нарисуйте это». Предложила им десятки соответствующих слоганов и лозунгов. Результат оправдал ее ожидания: «Вот это ляпнула. И пошли волны…»

Оценивать художественную сторону львовских плакатов нет смысла. Но они могли бы, пожалуй, заинтересовать отца психоанализа: слишком уж загадочные процессы происходят в подсознании студентов.

Гостья с самодовольной улыбкой демонстрировала «веселую картинку», на которой использован сюжет знаменитого плаката Ираклия Тоидзе «Родина-мать зовёт!» (1941). В трактовке львовского студента, родина-мать снимает скальп с Украины. Чтобы внести полную ясность в сюжет, Фарион потешила публику каламбуром: упомянула «коммунистов-динозавров» и их «родину, мать ее…», вызвав одобрительный смех «харьковских городских сумасшедших».

Напомню еще раз: происходило действо в стенах Харьковского университета. Рядом с этим университетом стоит памятник студентам, ушедшим добровольцами на фронт в июне 1941 года. В составе этого студенческого батальона был и филолог Олесь Гончар… Нужно ли объяснять, что значил плакат «Родина-мать зовёт!» для тех добровольцев?

Да и «родина-мать» появилась в русской словесности не с подачи коммунистов.

По свидетельству сына художника, Ираклий Тоидзе ценил лирику Андрея Белого, который написал в 1908 году, в стихотворении «Пепел»:

Позволь же, о родина-мать,
В сырое, в пустое раздолье,
В раздолье твое прорыдать…
 

Журналистский диктофон периодически фиксировал восторженные вопли публики, которыми сопровождалось всякое проявление хамства выступающей в адрес русского языка, России, неугодных ей людей...

В этой среде ведь весьма специфическое понимание о «культуре речи публичных людей».

Фарион в очередной раз подтвердила, что питает слабость к детским садам. (Вспомним, что ее рейд по детским дошкольным учреждениям в свое время принес ей «всенародную известность»). «Связь моих студентов и моя с дошкольными учреждениями всегда была очень тесной и остается очень тесной сегодня», – заявила нардепка.

Кстати, народное творчество на тему болезненной тяги Фарион к детским садикам – куда остроумнее, нежели идеологические поделки ее студентов, будущих дизайнеров и архитекторов…

Мне запомнился один из «демотиваторов», появившихся в Интернете вскоре после скандального похода блюстительницы мовной чистоты по львовским детским дошкольным учреждениям. На том образце народного творчества девочка Лиза пишет пожелание тетеньке Фарион, куда ей следует пойти…

Вот такой плакат действительно стоило бы размножить. Хотя бы для того, чтоб вывешивать в стенах Харьковского национального университета к приезду Фарион.

Если харьковская интеллигенция (ну, ректор университета, к примеру) не в состоянии членораздельно сформулировать свое отношение к подобным гастролям нардепки, то за нее успешно сделает это «девочка Лиза».

И этот плакат с ответом Лизы тетеньке Фарион – вполне продолжает традиции известного харьковского художника-нонконформиста Вагрича Бахчаняна, который создал уйму подобных картинок-«демотиваторов», остроумно разделывающихся с идеологической галиматьей.

Вообще Фарион производит впечатление человека темного и беспросветного. Она вполне серьезно обращалась к аудитории с вопросом: есть ли такой населенный пункт – Нижний Тагил (из Львова в Харьков депутат ехала в СВ вместе с жителем этого города, украинцем по происхождению — и ему посчастливилось всю ночь слушать агитпроповскую лекцию от самой Ирины Фарион!).

Столько вещала перед харьковской аудиторией о родной литературе, а из слобожанских писателей удосужилась назвать разве что Квитку-Основьяненко.

Вполне вероятно, что больше ничего ей о Харькове и неизвестно. Львовская пассионария безапелляционно заявляет, что украинский язык — единственный родной для Харькова. Чего в этом заявлении больше — лицемерия или невежества?

Процитирую лучше несколько строк из известного стихотворения Бориса Слуцкого «Как говорили на Конном базаре?..» — о многонациональной неповторимости и мультикультурном колорите Харькова:

Русский базара был странный язык.
Я до сих пор от него не отвык.
 
Все, что там елось, пилось, одевалось,
По-украински всегда называлось.
Все, что касалось культуры, науки,
Всякие фигли, и мигли, и штуки —
Это всегда называлось по-русски
С "г" фрикативным в виде нагрузки.
 
Ежели что говорилось от сердца —
Хохма жаргонная шла вместо перца.
 

Разумеется, в этом языковом вопросе у нас есть больше оснований доверять своему замечательному земляку, одному из лучших поэтов ХХ века Борису Слуцкому, а не пустопорожней «тарахтелке».

Когда убеленный сединами харьковчанин попытался спросить у гостьи, почему она пытается навязать унитарное мышление харьковчанам (для большинства которых русский – родной язык), – вопрос утонул в возмущенных криках соратников «свободовки».

А как только шумовую завесу убрали – Фарион не преминула продемонстрировать харьковчанину азы «культурной речи публичного человека»: «Возможно, у этого господина – угрожающая форма авитаминоза».

Другой пожилой харьковчанин спросил у Фарион, почему бы ей не рассказать о своей деятельности в качестве главы парламентского подкомитета по вопросам высшего образования. Гостья отмахнулась от него: дескать, вы не мой избиратель…

Молодой человек спросил у Фарион, как она относится не к русской, а к английской или немецкой музыке в маршрутках. Депутат ответила, что Львовский облсовет запретил любую музыку в транспорте. Накрыли всех иноземцев скопом…

Незадолго до этой выездной лекции Фарион о «культурной речи» в Харькове проходил международный поэтический фестиваль им. Б. Чичибабина. Одна из его участниц поэтесса Ирина Каренина (уроженка Нижнего Тагила) поделилась впечатлениями в ЖЖ: «Харьков – город культурный».

Действительно, Харьков таков. Там ни няня из детсада, ни водитель маршрутки не пострадают из-за «языковых тараканов» в головах свидомитов. Чего и всем желаем.

Харьков с первой встречи становится своим для любого человека. Нужно обладать исключительными способностями и дарованиями фарионш, чтобы Харьков отнесся к тебе  как к беспардонному и неадекватному чужаку…

Однако в стенах Харьковского национального университета в знак признания «культуры речи» одиозных «свободовцев» начал звучать одобрительный смех «харьковских городских сумасшедших»…

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору