Информационно-аналитическое издание

«Лицо моего квадрата не может слиться ни с одним мастером»

Версия для печатиВерсия для печати

Наверное, в историю искусства Казимир Малевич войдет как один их тех, кто целенаправленно, осознанно и весьма успешно собственным творчеством обесценивал все то, что было создано до него. Свой «Черный квадрат» художник называл «голой иконой без рамы», а себя — Председателем Пространства. Малевич, автор манифестов, лекций и докладов, неоднократно заявлял о намерении «зарезать искусство живописное, уложить его в гроб и припечатать Черным квадратом». И уже почти сотню лет его квадрат продолжает припечатывать не столько искусство, сколько неокрепшую психику слабонервных представителей и любителей так называемого современного искусства. Известно, что русский художник, идеолог объединения «Мир искусства» А. Бенуа говорил о «квадрате»: «Несомненно, это и есть та икона, которую господа футуристы ставят взамен Мадонны».

К. Малевич. Автопортрет. 1910—1911 годы

Разумеется, Малевич был не единственным, кто «ставил взамен Мадонны» свои работы. Если вспомнить, как быстро и как кардинально происходили перемены во всех сферах жизни в начале ХХ века, то наше нынешнее время покажется весьма консервативным. А каково было, когда в качестве стихотворения вместо ямбов и хореев предлагались нечленораздельные звукосочетания вроде стихотворения Алексея Крученых, «Дыр бул щыл», написанного в 1913 году.

В лекции «Кризис искусства», прочитанной в Москве в ноябре 1917 года, киевлянин Н. Бердяев проницательно заметил: «Мы присутствуем при кризисе искусства вообще, при глубочайших потрясениях в тысячелетних его основах. Нарушаются грани, отделяющие одно искусство от другого и искусство вообще оттого, что не есть уже искусство, что выше или ниже его. Слишком свободен стал человек, слишком опустошен своей пустой свободой».

А религиозный мыслитель С. Фудель писал: «Точно какая-то ненависть к плоти мира, к самой материи мира все сильнее поднимается в человеке, пожелавшем своими нечистыми руками тронуть первооснову бытия, то основание, которого, — как сказал Апостол, — художник и строитель Сам Бог».

* * *

Казимир Северинович Малевич

Казимир Северинович Малевич родился 11 (23) февраля 1879 года в Киеве на Бульонской улице в польской семье. Отец Казимира Малевича Северин Малевич был шляхтичем Волынской губернии Житомирского уезда и работал управляющим на сахарном заводе известного украинского промышленника Терещенко в селе Пархомовка Харьковской губернии. Мать Людвика (Людвига Александровна, в девичестве Галиновская) занималась домашним хозяйством. У четы Малевичей было 14 детей, среди которых Казимир был первенцем. По распространенному мнению, дата рождения Казимира Малевича — 1878 год, однако в приходской книге костела святого Александра в Киеве имеется запись о том, что будущий художник родился и был крещен в 1879 году. Кажется, эта путаница положила начало склонности Малевича жонглировать датами и датировать свои работы, исходя из внутренних побуждений. Так, например, четвертый вариант «Черного квадрата», помеченный автором 1913 годом, был написан художником на рубеже 1920-30-х годов. А в 1928 году для выставки в Третьяковской галерее Малевич создал ряд работ, стилизованных под собственное раннее творчество, и проставил на них соответствующие даты: 1903—1906 и 1908—1912 годы.

Когда Казимиру было 15 лет, он получил в подарок от матери краски, начал учиться рисовать и через два года поступил в Киевскую рисовальную школу Н. И. Мурашко.

В 1896 году семья Малевичей переехала в Курск. Здесь Казимир работал чертежником в Управлении Курско-Московской железной дороги, параллельно занимаясь живописью.

 

К. Малевич. Цветочница. 1903 год

В 1899 году Малевич женился на своей тезке, Казимире Ивановне Зглейц. К 1905 году семейная жизнь наскучила художнику, и он отправился в Москву в поисках творческих впечатлений, оставив супругу с детьми в Курске. 5 августа 1905 года он впервые подал прошение о приеме в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, однако принят не был. Возвращаться в Курск к жене и детям Малевич не захотел и поселился в художественной коммуне в Лефортове, где в большом доме художника Курдюмова жили около тридцати «коммунаров». Через полгода, когда деньги закончились, Малевич вынужден был вернуться в Курск. Летом 1906 года он снова подал документы в Московское училище, но его не приняли и во второй раз.

К. Малевич. Весна. 1906 год

В 1907 году в Москву поехала мать Малевича, Людвига Александровна. Некоторое время она заведовала столовой, которую в рождественские праздники 1908 года ограбили, вследствие чего имущество семьи Малевичей было описано и продано. Людвига Александровна вновь открыла столовую в Напрудном переулке. В это время усилились размолвки Малевича с женой, и она отправилась с детьми в село Мещерское, найдя работу фельдшерицей в психиатрической лечебнице. Вскоре она уехала оттуда, оставив детей у одной из сотрудниц больницы.

В 1909 году Малевич развелся с первой супругой и вступил в брак с Софьей Михайловной Рафалович, отцу которой принадлежал дом в Немчиновке, куда отныне Малевич постоянно приезжал жить и работать.

В декабре 1913 года в Петербургском «Луна-парке» состоялись два представления оперы «Победа над Солнцем» (музыка М. Матюшина, текст А. Крученых, пролог В. Хлебникова, декорации и эскизы костюмов М. Малевича).

 

К. Малевич. Чтец. Эскиз к костюму из оперы «Победа над Солнцем», 1913 год

Согласно воспоминаниям самого художника, именно во время работы над постановкой оперы к нему пришла идея «Черного квадрата». Задник декорации одной из сцен представлял собой квадрат, поделенный на две области - черную и белую. По словам художника, квадрат являл собой пластическое выражение победы активного человеческого творчества над пассивной формой природы: черный квадрат вместо солнечного круга. Впервые «Черный квадрат» был выставлен в Петрограде 1 января 1916 года (19 декабря 1915 года по старому стилю) и имел значительный успех. Первый и третий вариант картины представляют собой полотно размером 79,5 на 79,5 сантиметров, на котором изображен черный квадрат на белом фоне. Размеры второго варианта — 106 на 106 см, четвертого — 53,5 на 53,5 см.

«Черный квадрат» входит в цикл супрематических работ Казимира Малевича, в которых художник исследовал базовые возможности цвета и композиции. Второй вариант картины «Черный квадрат» включен в триптих, в составе которого также присутствуют «Черный круг» и «Черный крест». Эти работы были выставлены на петроградской футуристической выставке «ноль-десять» в 1915 году. Именно  эти и подобные им геометрические абстракции открыли целое направление авангардного искусства первой трети XX века, создателем, главным представителем и теоретиком которого и был Казимир Малевич. Но об этом мы скажем несколько ниже.

К. Малевич. Черный супрематический квадрат. 1915 год

В квадрате Малевич усматривал и некие сущностные знаки бытия человеческого: черный квадрат — «знак экономии»; красный — «сигнал революции»; белый — «чистое действие», «знак чистоты человеческой творческой жизни» и какие-то глубинные прорывы в Ничто, как нечто неописуемое и невыговариваемое, но — ощущаемое.

Мало кому известно, что к моменту написания Малевичем «квадрата» уже существовала картина, представляющая собой одноцветное, абсолютно черное изображение, правда, не квадратное, а прямоугольное. Это полотно под названием «Ночная драка негров в подвале» создал в 1882 году поэт Пол Билхолд, участник творческого объединения «Салон непоследовательных». На этом шутники из «салона» не остановились и продолжали создавать монохромные полотна разных цветов, словно состязаясь в злоязычии названий: так, художником Альфонсом Алле были созданы белый прямоугольник «Малокровные девочки, идущие к первому причастию в снежной буре» и красный прямоугольник «Апоплекcические кардиналы, собирающие помидоры на берегах Красного моря».

Так развлекалась парижская молодежь. А Малевич, спустя 30 лет после французов, в 1915 году в манифесте «От кубизма к супрематизму. Новый живописный реализм» экстремистски провозглашал: «Я преобразился в нуле форм и выловил себя из омута дряни Академического Искусства. Художнику дан дар для того, чтобы дать в жизнь свою долю творчества и увеличить бег гибкой жизни. Только в абсолютном творчестве он обретет право свое. Самоценное в живописном творчестве есть цвет и фактура — это живописная сущность, но эта сущность всегда убивалась сюжетом. И если бы мастера Возрождения отыскали живописную плоскость, то она была бы гораздо выше, ценнее любой Мадонны и Джиоконды. А всякий высеченный пяти, шестиугольник был бы большим произведением скульптуры, нежели Милосская или Давид. Принцип дикаря есть задача создать искусство в сторону повторения реальных форм натуры. Собираясь передать жизнь формы — передавали в картине мертвое».

К. Малевич. Супрематизм, 1915 год

Изобретенному направлению — регулярным геометрическим фигурам, написанным чистыми локальными цветами и погруженным в некую «белую бездну», где господствовали законы динамики и статики, — Малевич дал наименование «супрематизм». Сочиненный им термин восходил к латинскому корню «супрем», образовавшему в родном языке художника, польском, слово «супрематия», что в переводе означало «превосходство», «главенство», «доминирование».

В своих философских изысканиях К. Малевич писал:

«Квадрат — зародыш всех возможностей.

В искусстве нужна истина, но не искренность.

Для каждой эпохи необходимо и новое искусство.

Искусство в сущности своей беспредметно, абстрактно.

Мы не можем победить природу, ибо человек — природа.

Художник должен выстроить живописную систему как живое тело.

Нужно дать формам жизнь и право на индивидуальное существование.

Всякая живописная плоскость живее всякого лица, где торчат пара глаз и улыбка.

Искусство не имеет ни будущего, ни прошлого, следовательно, оно вечно сегодняшнее.

Искусство есть тот момент достижения, который остановился, в котором пресекается всякое изменение».

После начала Первой мировой войны для издательства «Сегодняшний лубок» Малевич исполнил ряд агитационных патриотических плакатных лубков с текстами Маяковского.

К. Малевич «У союзников французов битых немцев полный кузов, а у братцев англичан драных немцев целый чан». 1915—1916 годы

В ноябре 1919 году Малевич стал руководить мастерской в Народном художественном училище «нового революционного образца» в Витебске, которую до него возглавлял Марк Шагал. Один из студентов мастерской, Е. Школьник, вспоминал: «Детская группа, в которой я занимался, была при мастерской Малевича. Основным видом и содержанием занятий в детской группе было копирование с «картин» Малевича. Мы старательно перерисовывали квадраты, прямоугольники, круги и раскрашивали их акварельными красками. Композиция фигур на многих картинах была сложная: геометрические фигуры часто пересекались и частично прикрывали друг друга. Все это производило впечатление чего-то единого целого, находящегося в постоянном движении (так, по крайней мере, говорили взрослые, поклонники Малевича)».

За три года, проведенные Малевичем в Витебске, были написаны почти все его философские сочинения. В рамках деятельности созданного им объединения «Утвердителей нового искусства» (УНОВИС) Малевичем были опробованы многие новаторские идеи в художественной, педагогической, утилитарно-практической сферах бытования супрематизма. В 1920 году у художника родилась дочь, которую он в честь УНОВИС’а назвал Уной.

В 1920-е годы Малевич возглавлял Государственный институт художественной культуры (ГИНХУК) в Петрограде, где занимался разработкой собственной теории прибавочного элемента в живописи, а также приступил к изготовлению объемных супрематических построений, «архитектонов», служивших, по мысли автора, моделями новой архитектуры. Но в конце 1926 года ГИНХУК был ликвидирован. Поводом к этому послужила статья Г. Серого «Монастырь на госснабжении» в «Ленинградской правде». Также был аннулирован подготовленный к печати сборник трудов Института с работой Малевича «Введение в теорию прибавочного элемента в живописи».

К. Малевич. Девушки в поле. Между 1928 и 1932 годами

В 1927 году К. Малевич вступил в третий брак (с Наталией Андреевной Манченко) и вскоре уехал в заграничную командировку в Варшаву и Берлин, где выставлял свои работы и читал лекции. Получив внезапное распоряжение вернуться, срочно выехал на родину. По приезде в СССР был арестован и три недели провел в заключении.

В отличие от безликих ужасающих фигур (пример с «девушками в поле») творчество Малевича последнего периода жизни тяготело к реалистической школе русской живописи.

 

К. Малевич. Портрет дочери. 1934 год

В 1933 году художник тяжело заболел. Скончался в Ленинграде, 15 мая 1935 года. По завещанию после смерти тело Малевича было кремировано.

Затем урна с прахом художника была захоронена под любимым дубом Малевича близ деревни Немчиновки. Над могилой был установлен кубический монумент с изображенным черным квадратом.

Дочь Малевича Уна и вдова Наталья Андреевна у могилы художника в Немчиновке

 

В годы войны могила была утрачена, но ее местонахождение было установлено энтузиастами с достаточной точностью. Она находится недалеко от улицы Малевича в Немчиновке. На могиле установлен памятный знак: белый куб с красным квадратом.

Памятный знак на могиле Казимира Малевича

У Малевича было много учеников и последователей в России в 1915-1920 годах, которые объединялись одно время в группе «Супремус», но постепенно все отошли от супрематизма. Многие исследователи искусства усматривают прямое влияние творчества Малевича на весь европейский конструктивизм. Вокруг Малевича было много подражателей, но ни один из них не смог создать ничего, хоть как-то не по внешней форме, а по существу приближающееся к его работам. Это касается и конструктивизма.

«И я счастлив, что лицо моего квадрата не может слиться ни с одним мастером, ни временем, — говорил К. Малевич. — Не правда ли? Я не слушал отцов и я не похож на них. И я — ступень. В искусстве есть обязанность выполнения его необходимых форм, помимо того, люблю я их или нет. Нравится или не нравится — искусство об этом вас не спрашивает, как не спросило, когда создавало звезды на небе».

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору