Информационно-аналитический портал
ссылка

Киеву в отношениях с Анкарой на многое рассчитывать не стоит

Увеличить шрифт
А
А
А

Президент Украины Владимир Зеленский своим недавним визитом в Турцию демонстрирует активизацию украинской внешней политики на южном направлении. Звучит несколько неожиданно, ведь киевский режим с 2014 года неустанно твердит о сближении с ЕС, но не с Турцией. Почему же Киеву приходится искать «друзiв» в других местах? Очевидно, потому что так называемая поддержка со стороны Европы слишком мизерна, чтобы можно было обойтись без хаотичной беготни украинских президентов по миру.

Горизонты турецко-украинского сотрудничества крайне узки и не выходят за рамки общепринятых в таких случаях соглашений (об экстрадиции преступников, расширении номенклатуры товарооборота и т. п.). Заметный акцент делается на военную промышленность: Турция будет поставлять Украине беспилотники «Байрактар», поднимая свой ВПК за украинские деньги. Ведь технологий производства БПЛА турки Киеву не передают, и совместное производство этого оружия на территории Украины остаётся под большим вопросом.

На данный момент Украина поставляет двигатели для турецких БПЛА «Акенджи». Анкара пока не готова принять предложение Киева организовать крупноузловую сборку этой техники на украинских предприятиях. Украина, по сути, выступает дешёвым поставщиком наработанных ещё в советское время военных технологий, то есть под лозунги об укреплении обороноспособности и углублении украинско-турецкого партнёрства распродаёт по бросовым ценам остатки советского инженерно-технического наследия. Турция находится в двойном выгодном положении: получает от Украины необходимые военные технологии и продаёт изделия своего ВПК на украинский рынок. Турки проявляют интерес к самолётам АН-178, двигателям для авиации и бронетехники. Киевские политиканы готовы всё это продавать взамен на ничего не стоящую поддержку Украины в вопросе Крыма и Донбасса.

В реальности всё, что Украина получила от Турции, – это возможность использовать беспилотники на Донбассе. 3 апреля жертвой украинского БПЛА  стал 5-летний Владик Шихов в посёлке Александровское (ДНР). Ребёнку оторвало конечности, спасти его не удалось. Не был ли это один из тех самых турецких БПЛА, обладанием которыми так хвастаются ВСУ? И принесёт ли украинскому государству добро такое сотрудничество с Турцией, замешанное на детской крови?

Киев уговаривает Анкару присоединиться к так называемой Крымской платформе – группе государств, которые сообща будут на дипломатическом фронте ратовать за возвращение полуострова под власть Украины. Турецкого президента Эрдогана уже пригласили в Киев на инаугурационный саммит Крымской платформы, который запланирован на 23 августа сего года. Однако участие Турции в деятельности Крымской платформы будет ограничено официальным непризнанием Крыма частью Российской Федерации, что вовсе не ново, и правозащитной риторикой на тему крымских татар.

Никакого существенного практического результата членство Турции в этом «клубе по интересам» не принесёт. Анкара и ранее, ещё в бытность Крыма в составе Украины, периодически заявляла об ущемлении прав крымских татар и втихаря финансировала создание в недрах меджлиса крымскотатарского народа во главе с Мустафой Джемилёвым и Рефатом Чубаровым  структур, дублирующих функции украинского МИД. Крымскотатарский вопрос для Турции – не про возвращение Крыма Украине, а про возвращение турецкого влияния на крымских татар. Влияния, которое заметно померкло после воссоединения полуострова с Россией.

В 2011 году Эрдоган объявил о планах строительства канала «Стамбул», который свяжет Чёрное и Мраморное моря. Срок открытия канала сначала установили на 2023 г., потом на 2027 г., а теперь сдвинули ещё дальше, без указания конкретной даты. Канал должен разгрузить движение по Босфору и Дарданеллам, перегруженным судами с нефтью, сжиженным газом и прочими грузами. Киев надеется получать через «Стамбул» сжиженный газ из Катара, но такой газ никак не может стоить дешевле российского, который находится ближе и не требует дополнительных средств на транспортировку. Учитывая экономическую нецелесообразность замены газа из России газом из Катара, можно говорить о коррупционной составляющей данного проекта.

Но этот проект пока пребывает в стадии мечты, потому что никто не знает, когда будет проложен канал «Стамбул». Среди турецких политиков есть немало противников проекта, поскольку он грозит серьёзными экологическими последствиями для Стамбула и соседних регионов. Количество противников канала среди населения Стамбула достигает 80%, и Эрдоган не может не учитывать этого на президентских и парламентских выборах.

Сотрудничество Украины с Турцией логически не может принести прорывных результатов из-за разнонаправленности процессов, характеризующих внешнюю политику Киева. Киев хочет, чтобы Крым стал украинским, а Турция – чтобы он стал украинским формально, при сохранении прежней степени турецкого влияния на полуострове. Киев объявил курс в ЕС, а Анкара, наоборот, решительно протестует против политики Брюсселя (в экономической, военной, миграционной сферах). Киев заявляет, что Канада – его союзник, но канадцы официально сообщили об аннулировании 25 лицензий на продажу Турции товаров военного назначения. Произошло это после того, как стало известно об использовании Турцией в недавней войне в Нагорном Карабахе оптических систем канадской фирмы L3 Harris WESCOM на БПЛА «Байрактар».

По договорённостям между Анкарой и Оттавой эти системы должны использоваться исключительно для обороны турецкой территории.

Киев тоже хочет получить побольше «Байрактаров», но это будут «Байрактары» без канадских комплектующих. Треугольник Канада – Турция – Украина – это не монолитный коллектив единомышленников, а лебедь, рак и щука, каждый со своими интересами. И самым неавторитетным участником здесь остаётся Украина.

Турция смотрит на Украину так же, как и остальные западные «союзники», – как на удобную опору для достижения своих интересов в регионе. Товарооборот Турции и Украины весьма скромен ($5 млрд в 2020 г.), 70% составляет необработанное сырьё. Из Турции же на Украину поступает высокодоходная продукция, а не дары полей и садов. Для сравнения: товарооборот Турции с Россией – более $20 млрд, и его ассортимент гораздо шире, чем с Украиной. О каком противостоянии Анкары с Москвой из-за Украины можно говорить?

Турция – противоречивый игрок. Объявляет Крым украинским, но не присоединяется к блокаде Крыма. Поддерживает Украину на пути в НАТО, но вопреки мнению НАТО приобретает российские ракетные комплексы. Обещает Киеву содействие в его противостоянии с Москвой, но увеличивает товарооборот скорее с Россией, чем с Украиной. На переговорах с украинским президентом обвиняет Россию в эскалации напряжённости на Донбассе, но в Сирии и Нагорном Карабахе прекрасно сотрудничает с российской армией. Украине в такой ситуации в отношениях с Анкарой на многое надеяться не приходится.

 

29
Поставить лайк: 897
Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору