Информационно-аналитическое издание

Финансовый кризис как кризис американской цивилизации (II)

Версия для печатиВерсия для печати

В нынешней кризисной ситуации, как и в период всемирного кризиса 1929-1933 гг., нужно бороться не симптомами, а с первопричинами разрушительных процессов. Нужно менять поведенческую модель главной экономики планеты - экономики США.

Соединенные Штаты не могут перестать быть разрушителем мирохозяйства, не пройдя через преобразования, лишающие страну нынешнего потребительского комфорта. Не исключено, что это произойдет лишь в результате оттеснения США от лидерского пьедестала. Пока же баланс того, что США привычно хотят и что реально могут, не в их пользу. Выйти же из гибельной ситуации за чужой счет – за счет остального мира - уже не удается. «Последний рост Америки, - как пишет Нобелевский лауреат Дж.Стиглиц, - не был ни устойчивым, ни инклюзивным. Большинство американцев сегодня находятся в худших условиях, чем семь лет назад». Характерно, что еще до начала нынешнего кризиса в рейтингах бизнес-климата США перешли с первого на девятое место в мире.

Соединенные Штаты уже до такой степени расшатали планетарную стабильность, что на глобальном пространстве, по-видимому, будут востребованы радикальные, усмиряющие это государство перемены. Вопрос лишь в том, какой мере жестокости должна отвечать смирительная рубашка. Господствующая в США потребительская модель опасна не только для других, но и для самих американцев; она опустошает внутренний мир человека, лишает его высоких смыслов.

Пока же «добровольно» с потребительской моделью Соединенные Штаты расставаться не хотят, и это травмирующее мир состояние - завершающий этап всей евроатлантической эволюции. История здесь повторяется, ведь происходящее в США - это аналог процессов, которые на вершине славы разложили, ослабили и загубили Древний Рим.

Фактором, способствующим схождению США с лидерского пьедестала, выступает и американская демократия. Ни один претендент на высшую власть в Соединенных Штатах не отважится посягнуть на потребительскую модель в ее нынешнем виде, такого смельчака просто никуда не выберут. Поэтому заигрывание с электоратом - превыше всего. Выбирают при демократии лишь того, кто ублажает толпы плебеев. Совсем, как в Древнем Риме на этапе, когда народ требовал «хлеба и зрелищ».

Однако идут другие времена. Бывшие должники США (например, Китай) стали их кредиторами. Да и в иерархии преуспевающих стран у Америки уже не первое место. Существенно повлияло на Америку и то, что она позволяет себе комфорт, несопоставимый с благополучием других миров, будучи единственной сверхдержавой. А ведь еще недавно, в условиях соперничества с Советским Союзом, Америка была другой - самодостаточной.

Из двух главных финансовых моделей современности - англосаксонской (англо-американской) и континентальной - наиболее уязвимой оказалась модель англосаксонская, которую используют США. Именно эта модель, ориентирующая на приоритет фондового рынка, чревата в кризисных ситуациях потерей устойчивости экономики в целом. Схема функционирования международного фондового рынка, формируемого по англосаксонской модели, - это, по сути, пирамида. В неустойчивой ситуации она быстро рушится. Как заявил недавно министр финансов Германии П.Штайнбрюк, «мы наблюдаем крах англосаксонской модели бизнеса». К этому привели и «всенародный» спекулятивный ажиотаж, и бесконечное мультипликационное кредитование. В итоге, как заметил российский эксперт Е. Гавриленков, «объем виртуальных денежных суррогатов, который образовался в США, не поддается осмысленно»; цена спасения американской экономики, по его прогнозам, - не менее $5 трлн. Это почти 1/3 годового ВВП США! То есть американская финансовая модель утратила способность самоупорядочиваться.

Влияние этого обстоятельства на мировую экономику огромно, и здесь нужны не только краткосрочные, но и радикальные долговременные меры. В результате их применения нынешняя финансовая система сойдет с арены и будет заменена качественно иной. Кризис, по мнению экспертов, будет длиться еще 1,5-2 года. Он не только потопит многие крупнейшие финансовые компании мира, но и сделает успешными новые структуры. Речь идет о Китае, который, будучи финансовым гигантом, а не банкротом, как США, активно ищет новые рынки для своих инвестиций.  Одни из таких рынков являтся для Поднебесной недвижимость за рубежом. Вступили в борьбу за овладение качественными активами и российские компании. Вырисовываются за счет слияний и поглощений контуры новых лидеров.

Новая – посткризисная – финансовая система должна будет гарантировать стабильность и устойчивость развития мировой экономики. Это достижимо лишь при условии изменения всей совокупности институтов, обеспечивающих надежность мировых финансов. Новая мировая финансовая архитектура не должна функционировать под эгидой тех международных организаций (особенно МВФ, отчасти Всемирного Банка), которые были созданы более полувека назад и основательно себя дискредитировали.

Система регулирования мировых финансов должна быть адаптирована к проблемам энергетической безопасности, предотвращения экологических катастроф, преодоления бедности, решения проблем миграции и др.

В какой мере планетарно разбушевавшийся финансовый кризис опасен для Украины? Ответ на вопрос неоднозначен. С одной стороны, из-за неразвитости фондового рынка и слабой интеграции в мировую банковскую систему страна должна избежать чересчур болезненных ударов кризиса. С другой стороны, она лишена той «подушки безопасности», какой, к примеру, располагает Россия (стабилизационный фонд, массивные золотовалютные резервы). Кроме того, уязвимость Украины проистекает из ее чрезмерной «завязанности» на низкотехнологическом экспорте, не позволяющем успешно справиться с назревающими вызовами (цены на газ, спад востребованности из-за кризиса, отсутствие диверсификации, устарелость основных фондов и т.д.). Поскольку в ходе кризиса гибнут слабые и возвышаются жизнеспособные, перед Украиной в сфере производства сгущаются проблемы.

Немалую опасность, осложняющую приспособление к кризису, создает терзающий власть хронический конфликт и, как следствие, - хаотичность хозяйственной жизни. Это провоцирует бегство капитала, особенно иностранного. Повышенная угроза нависает над компаниями и финансовыми учреждениями, стратегия которых базируется на привлечении заемных ресурсов путем получения кредитов и через эмиссию ценных бумаг.

Угнетающее влияние на экономику может оказать ухудшение условий кредитования, а также его существенное сокращение. Речь уже идет не о потребительстве, а о предприятиях, нуждающихся в кредитах. Кроме прочего, удорожание кредитов ложится грузом на затраты предприятий, а это фактор снижения конкурентоспособности и повышения инфляции. Может дать о себе знать и увеличивающийся дефицит платежного баланса.

В России рассчитано, что промышленность по итогам негативных кризисных явлений может потерять до трети малых и средних предприятий. То же самое может произойти и в Украине. Ведь кредитные ресурсы для многих будут недоступны. В такой ситуации Национальный банк должен ориентировать банковскую систему на кредитование реальной экономики, а не потребительского спроса.

Значительно больше в условиях кризиса должна быть роль государства. Мы видим, как возрастает его роль в странах, еще недавно гордившихся либерализмом, особенно в США. Кстати, и Великий кризис 1929-1932 гг. был преодолен благодаря активнейшему вмешательству государства. Тут нужны нестандартные меры, ибо нестандартна сама ситуация.

________________

ПАХОМОВ Юрий Николаевич – академик Национальной Академии наук Украины, директор Института мировой экономики и международных отношений НАН Украины.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору
создание сайта: drupal-service.ru