ссылка

Сентябрь 1939 года в истории Белоруссии

Увеличить шрифт
А
А
А

События, предшествовавшие началу Второй мировой войны, уже не первое десятилетие являются одной из самых дискутируемых тем на Европейском континенте, что оказывает самое непосредственное влияние на современные международные отношения. В данном контексте особое внимание уделяется наиболее спорным вопросам, связанным с подписанием в августе 1939 года Договора о ненападении между СССР и Германии и начавшимся в сентябре походом Красной армии на территорию, занятую Польшей по итогам Рижского мирного договора 1921 года. Вокруг них ежегодно появляется множество политических и идеологических спекуляций с целью провести кардинальную ревизию истории ХХ века.

Хорошо известно, что решение руководства СССР подписать Договор с Германией было вынужденной мерой после провала многолетних попыток совместно с Великобританией и Францией создать в Европе новую систему обеспечения международной безопасности. Лондон и Париж рассчитывали на столкновение Москвы и Берлина для их обоюдного ослабления с последующей возможностью навязывания им своих требований. Это естественным образом не могло устраивать советское руководство, которому требовалось время на более серьезную подготовку к неизбежному столкновению с нацистами. Именно поэтому 23 августа 1939 года в Москве министром иностранных дел Германии Иохимом фон Риббентропом и Наркомом иностранных дел СССР Вячеславом Молотовым и был подписан Договор о ненападении между двумя странами, к которому прилагался ставший достоянием общественности лишь после Второй мировой войны секретный протокол, получивший название пакта Молотова-Риббентропа.

Сегодня сам Договор, как правило, не вызывает негативной оценки у исследователей, так как он был довольно стандартным для того времени. По нему Берлин и Москва договаривались воздерживаться от нападения друг на друга и обязывались соблюдать нейтралитет в том случае, если одна из сторон становилась объектом военных действий третьей. Дополнительно ко всему СССР и Германия не должны были участвовать в группировке держав, «прямо или косвенно направленной против другой стороны». Положения Договора соответствовали интересам двух стран, каждая из которых преследовала свои собственные цели: Москва получала время на подготовку к войне, а Берлин – возможность не боятся удара со стороны СССР во время предстоящей польской кампании.

Главные же претензии к СССР, а теперь и к России в последние десятилетия предъявляются из-за секретного протокола, в котором на случай «территориально-политического переустройства» определялось разграничение сфер интересов Москвы и Берлина в Восточной Европе. По этому документу часть Прибалтики, Финляндии, Восточная Польша и Бессарабия должны были отойти в сферу интересов СССР, а Западная Польша – Германии. Именно этот факт сегодня представляется многими историками и политиками как главная причина нападения 1 сентября Германии на Польшу и начала Второй мировой войны. В качестве дополнительного обвинения в адрес СССР указывается переход 17 сентября РККА советско-польской границы, в результате чего польское государство полностью прекратило своё существование.

Отношение к событиям того времени в странах Восточной Европы долгие годы оставалось на периферии их международной повестки дня, так как вплоть до развала СССР воссоединение белорусских и украинских земель считалось фактом исторической справедливости. Однако за последние три десятка лет ситуация значительным образом изменилась, чему способствовала позиция не только Польши и стран Прибалтики, но и Украины, где стремятся максимально очернить своё советское пошлое, даже несмотря на нелогичность подобной политики. Осложняется ситуация и тем фактом, что подобную позицию полностью стали поддерживать и в Евросоюзе, что в конечном счете вылилось в объявление в 2008 году 23 августа Днем памяти жертв нацизма и сталинизма. По сути, уже тогда была проведена ревизия событий, предшествовавших Второй мировой войне, с главной целью – обвинить в её начале СССР, значит, косвенно и Россию и начать пересмотр всего послевоенного устройства на континенте, в том числе и территориального.

Стоит помнить, что главным зачинателем подобных тенденций всегда являлись Польша и страны Прибалтики. Именно при непосредственном их участии на постсоветском пространстве стал внедряться тезис о том, что август-сентябрь 1939 года сделали их страны жертвами двух режимов, которые отобрали у них независимость. И если с точки зрения Варшавы подобные высказывания ещё могут иметь хоть какую-то логику, то аналогичные заявления из Киева не поддаются никакому осмыслению, так как именно освободительный поход Красной армии и действия советского руководства стали причиной появления у современной Украины её нынешних территорий. Несмотря на это, украинские власти намеренно игнорируют этот исторический факт, стараясь перенести акценты на события января 1919 года, когда произошло соединение так называемых Украинской народной республики и Западно-Украинской народной республики. Не случайно официальная пропаганда ещё до «революции гидности» сделала 22 января Днём соборности Украины. Нынешним киевским властям, бегущим в объятия Варшавы, стоит напомнить, что в январе 1939-го министр иностранных дел Польши Юзеф Бек в разговоре с Риббентропом указывал на то, что его страну интересует не только «ослабление и разгром России», но и территория Советской Украины, а с ней и выход к Чёрному морю. Как показывают последние события, ничего за последние более чем 80 лет в польской политике не изменилось.

Иное отношение к событиям 1939 года наблюдается в Белоруссии, хотя и здесь долгие годы дата 17 сентября оставалась на периферии государственной идеологии. В республике всегда было чёткое восприятие антибелорусской политики Польши в межвоенный период, что имеет неопровержимые доказательства. Варшава всегда смотрела на жителей Западной Белоруссии как на людей второго сорта, которых необходимо ополячить. Именно поэтому к 1939 году почти все белорусские школы были преобразованы в польские, православные храмы переданы под власть католической церкви, издание белорусских газет и журналов прекратилось, а использование белорусского языка в государственных учреждениях и органах местного самоуправления было запрещено. Кроме того, Варшава заселяла белорусские земли колонистами – бывшими польскими офицерами, а с 1937 года реализовывала план «Перспективы внутреннего осадничества», по которому для достижения «стабильного преимущества польского населения» предполагалось в том числе выселение или обмен на поляков всего непольского населения. Поэтому освободительный поход Красной армии и последовавшие за этим события определяются в Белоруссии как проявление исторической справедливости, итогом которой стала национальная государственность.

Вместе тем долгие годы белорусские власти закрывали глаза на распространение в стране польской точки зрения на события 1939 года, которая успешно и свободно транслировалась прозападно настроенной общественностью. В Белоруссии проходили различные мероприятия, где пытались провести ревизию исторического прошлого, публиковались всевозможные «исследования», в которых называли освободительный поход Красной армии «оккупацией Польши», а ряд СМИ ежегодно готовили материалы, посвящённые пакту Молотова-Риббентропа и 17 сентября с открыто негативной коннотацией. Все это в конечном счёте привело к тому, что из исторического дискурса тема событий 1939 года перетекла в сферу политики, став одной из основ насаждения в Белоруссии русофобии. Стремление же официального Минска долгие годы не накалять отношения с Польшей и странами Прибалтики в надежде на благоразумие их властей оказалось полностью проигнорировано и Варшавой, и прибалтийскими республиками.

Ситуация в Белоруссии кардинально изменилась в 2020 году, когда националистически настроенная оппозиция, подталкиваемая в том числе Варшавой и Вильнюсом, попытались организовать в стране государственный переворот. С этого момента стало окончательно понятно, что с антигосударственными концепциями исторического прошлого Белоруссии пора заканчивать. Итогом этого стали не только зачистка республики от прозападных организаций и оппозиционных активистов, но и усиление идеологической работы с белорусским обществом. В этой связи впервые за независимую историю республики ее власти решили закрепить роль событий 1939 года в формировании государственности Белоруссии на официальном уровне: в июне 2021 года Александр Лукашенко подписал указ о назначении 17 сентября Днём национального единства. Как заметил белорусский президент уже в нынешнем году, эта дата является «не только напоминанием о ценности свободы и независимости, но и данью эпохе, подарившей нам, белорусам, право занять свое место на карте мира». Фактически это означает, что польской идеологии в Белоруссии нанесен серьёзный удар, который может стать основой для дальнейшего наступления на тех, кто стремится провести ревизию истории ХХ века в угоду политическим интересам Запада.

На заглавном фото. Встреча воинов РККА в Белоруссии

302
Поставить лайк: 26
Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору

Читайте также

Белорусские добровольцы стоят на защите Донбасса

Саммит ШОС в Самарканде – шаг в новую реальность для Белоруссии

Предатели не нужны никому: у беглой белорусской оппозиции начались большие проблемы

Белорусы на Украине стали жертвами дичайшей ксенофобии

Грюнвальдская битва в истории Белоруссии: трактовки и акценты

Бандеровцы в Белоруссии и их ликвидация

Белорусская оппозиция рвётся облизнуть кость, брошенную Украине Европой

Дремучая Тихановская ждёт войны в Белоруссии

Новые санкции Запада против Белоруссии и России как фактор дестабилизации всего мира

https://odnarodyna.org/article/sentyabr-1939-goda-v-istorii-belorussii