ссылка

Михаил Грушевский: хитрый лжец и любитель «хатынок»

«Хитрый дедок» Михаил Грушевский
Увеличить шрифт
А
А
А

Будущий «величайший украинский историк» родился в 1866 году в «городе дураков», как называли Хелм (Холм) польские евреи. Имели на то право, ибо это «нацменшинство» в иные времена составляло здесь более двух третей населения. На идиш название местечка звучит как Хе́лем («сновидение, мечта»), откуда пошло и ныне бытующее выражение «хелемские мудрецы» –олицетворение наивности и глупости.

Свой же род «украинский Геродот» выводил из казацкого корня, одна из ветвей которого пошла по духовной линии: от дьячка Груши, подвизавшегося на бедном приходе где-то вблизи Чигирина. Местности, которую он впоследствии в своей «Истории Украины-Руси» населил в древности андрофагами, то есть людоедами, – такой вот был фантазёр.

Его потомок Феодор, дед нашего героя, имея уже более благозвучное написание своей фамилии, был священником на Подолье. А сын его – Сергей Фёдорович, отец Михаила – сподобился окончить Киевскую духовную семинарию, что позволяло ему служить преподавателем в средних и высших учебных заведениях и составить известный учебник церковнославянского языка. Многократно переиздавшийся, он приносил известный доход автору, а после его смерти в 1901 году – сыну Михаилу, 35-летнему наследнику.

Семья Грушевских. Михаил – крайний справа
Семья Грушевских. Михаил – крайний справа

Издатели конца XIX – начала ХХ века жадничали куда меньше нынешних, однако денежные поступления от реализации авторских прав на книгу не были столь обильны, чтобы обзаводиться недвижимостью в тех объёмах, в каких воспылал к жилфонду Михаил Сергеевич. Но давали ему возможность указывать именно этот источник как легальный в случаях приобретения земельных участков и жилья, размещения заказов на проектирование особняков у модных архитекторов, покупку добротной меблировки.

Приступил Михаил Сергеевич к этому делу немедленно, не откладывая в долгий ящик. «...Я в році 1901 купив кусень грунту під містом, щоб поставити собі хату…» – писал он впоследствии. «Хата», в смысле вилла во Львове на Понинского, 6, построенная ударными темпами («входыны» состоялись в 1902 году) стоит до сих пор. Теперь там музей М.С. Грушевского.

Помимо «хаты», Михаил Сергеевич стал обладателем усадьбы в Закарпатской Криворовне. А в Киеве на пересечении улиц Никольско-Ботанической и Паньковской отгрохал доходный дом в шесть этажей, во дворе которого соорудил двухэтажный особняк. «И всё на папенькино наследство», – отвечал, пряча улыбку в окладистую бороду и моржовые усы обладатель «империи хатынок». «Лукавый, хитрый был дедок, любил неправду и измену…» – так охарактеризовал его современник, украинский поэт Александр Олесь (Кандыба), отец одного из лидеров ОУН* Олега Ольжича (тоже Кандыбы; Ольжич – псевдоним). 

С.Ф. Грушевский – статский советник и кавалер. Слева – Полтавская духовная семинария, его первая профессорская кафедра
С.Ф. Грушевский – статский советник и кавалер. Слева – Полтавская духовная семинария, его первая профессорская кафедра.

Сергей Фёдорович был человеком весьма достойным.  Профессором словесности в Полтавской духовной семинарии стал 29 лет от роду. Позже состоял профессором по классу Священного Писания в Киевской духовной семинарии, служил преподавателем ряда гимназий. Завершил карьеру директором народных училищ Терской области (столица – Владикавказ), будучи кавалером нескольких императорских орденов и статским советником, что равно чину генеральскому и давало права потомственного дворянства. В меру сил занимался этнографическими и историческими исследованиями. Но от трудов праведных палат каменных не нажил.

Сын генерала, согласно поговорке, тоже должен стать генералом. Михаил встал на стезю, которая вела его к отцовским вершинам, в 1886 году поступив, а в 1890-м окончив историко-филологический факультет Киевского университета. За «Очерк истории Киевской земли от смерти Ярослава до конца XIV в.» удостоился золотой медали и был оставлен при университете, где защитил в 1894-м магистерскую диссертацию «Барское староство. Исторические очерки». Это был традиционный путь, но…

Выжав из альма-матер всё необходимое, в том же году Грушевский-младший уехал во Львов, «столицу» австрийской провинции Галиции и Лодомерии, где возглавил в тамошнем университете кафедру «всеобщей истории со специальным обзором истории восточной Европы». Уже через год порадовал работодателей брошюркой «Виїмки з жерел до історії України-Руси», («Извлечения из источников к истории Украины-Русы»; «жерела» – искажённое на галичанский манер малороссийское «джерела» – родники, источники), где впевые обнародовал этот дикий конструкт: «Украина-Русь».

Ранние сочинения профессора М.С. Грушевского
Ранние сочинения профессора М.С. Грушевского

Искусственный гибридный термин отнюдь не являлся изобретением Грушевского: его по удивительному совпадению именно в год рождения Михаила Сергеевича впервые употребил поляк Паулин Свенцицкий в редактируемом им журнале «Село» в контексте распространения псевдонаучных идеологем другого поляка – Франциска Духинского. Согласно им, Россия не имеет отношения к культуре и наследию Руси.

Целью тезисов являлось разобщение русских и переформатированных никогда не существавших «украинцев», которых поляки намеревались создать в отместку за подавленное польское восстание 1863 года и направить их на разрушение имперского единства. Умница, что ни говори, Михаил Сергеевич: вот что значит работа с источниками (журнал Свенцицкого вскоре, в средине 1860-х, прекратил существование из-за невостребованности и безденежья и утонул в архивной пыли). 

Новый заказчик на густой исторический польский бред нашёлся четверть века спустя. Им стал император Австро-Венгерской империи Франц-Иосиф I.

Спасение династии Габсбургов: капитуляция венгерской армии перед русскими войсками
Спасение династии Габсбургов: капитуляция венгерской армии перед русскими войсками​​​​​​

Вкратце напомним: династия Габсбургов, к которой он принадлежал, могла прекратить своё существование ещё в 1848 – 1849 годах, когда по Европе прокатилась волна революций. Вняв его слёзным мольбам, Николай I направил русские войска на усмирение Венгерского восстания, разразившегося в самом центре Австро-Венгрии. Бунт был подавлен. Русский император с лёгкой руки спасённого австрийского коллеги получил прозвище Жандарма Европы. А пять лет спустя империя Габсбургов состояла в составе коалиции, объявившей России войну, вошедшую в историю под названием Крымской 1853 –1856 годов. Николай I отреагировал так: снял со стены портрет Франца-Иосифа и написал на обороте одно слово: "Undankbar" (неблагодарный).

Неблагодарность старого Франца-Иосифа простиралась гораздо дальше и во времени, и в объёмах. Учуяв своим выдающимся политическим носом приближение нового пожара, на сей раз мирового, он превратил Львов в «новый Пьемонт» («старый» был центром объединения Италии; этому же ставилась задача противоположная: стать средоточием разрушения соседнего государства), в котором свора предателей не покладая рук трудилась над созданием истории, географии, языка,  флага, герба, ядра вооружённых сил, подысканием правителя и прочего для страны, которой в действительности не существовало.  

Заметное место в этой команде занимал именно М.С. Грушевский. Кастинг главного историографа грядущей «Украины» был выигран им легко: сын профессора, дипломированный историк с паспортом подданного Российской империи, жадностью к деньгам и отсутствием каких бы то ни было принципов – научных и моральных – он был «именно то, что нужно». Дополняли достоинства определённая историческая эрудиция и понимание с полуслова того, что от него требовалось, плюс недюжинная работоспособность.

Польские, австрийские и иные «жерела» оказались для Михаила Сергеевича неисчерпаемыми: создав на их основе ряд штудий «Розвідки и матеріяли до історіі Украіни-Руси» (пять лет – пять томов), он параллельно сваял «главный труд своей жизни» – восьмитомную «Историю Украины-Руси».

«Хатынка» (вилла) Грушевского во Львове. 1903 г.
«Хатынка» (вилла) Грушевского во Львове. 1903 г.

Нет нужды развенчивать это никчемное и лживое сочинение – это было с успехом сделано ещё дореволюционными историками. Однако «хитрый дедок» только посмеивался над своими критиками: псевдоисторический бред был продан им австриякам за большие деньги, которые удачно, по его мнению, были вложены в недвижимость, что гарантировало якобы безбедную старость. Но не только на старуху, но и на «дедка» случается проруха: вилла по Львове и имение в Криворовне оказались отрезанными непересекаемыми границами: «украинский Пьемонт» оккупировала Польша, Закарпатьем овладела невесть откуда появившаяся Чехословакия. А «небоскрёб» на Паньковской расстреляли в 1918 году матросы из проезжавшего мимо Киева бронепоезда.

Грушевский дураком не был и понимал, что «австрийская лавочка» рано или поздно закроется, «жерела» иссякнут. Время от времени он писал вполне удобоваримые статейки, помещая их, в частности, в «Вестнике и библиотеке самообразования» (издание Брокгауза и Ефрона). Накопив такой багаж, выставил свою кандидатуру на занятие места руководителя кафедры истории Киевского университета, однако получил отказ.

Харьковский университет, издавна известный своими полонофильскими настроениями, всё же присвоил Грушевскому в 1906 году степень доктора русской истории, чем потешил падкого на лесть «учёного», но лишь «почётного». А по «нечётным», как говорится в известном анекдоте, Михаил Сергеевич оставался профессором Львовского университета, где ходил в свой кабинет мимо собственного бюста, воздвигнутого подхалимами двумя годами ранее. Топтал он эту дорожку вплоть до начала Первой мировой.

М.С. Грушевский, подозреваемый в австрофильстве. Фото из материалов Киевского городского жандармского управления. 1914 г.
М.С. Грушевский, подозреваемый в австрофильстве. Фото из материалов Киевского городского жандармского управления. 1914 г.

Война выбросила его в своё Отечество, против которого он сражался на историческом фронте ровно 20 лет. Был арестован по обвинению в австрофильстве и причастности к созданию Легиона украинских сичевых стрельцов и выслан в Симбирск «на время состояния местностей, из коих он выслан, на военном положении». Потом переведён в Казань, а затем по ходатайству членов Государственного совета от Императорской Санкт-Петербургской академии наук и университетов А.А. Васильева, В.И. Вернадского, Д.Д. Гримма, М.М. Ковалевского, И.Х. Озерова, и С.Ф. Ольденбурга – в Москву.

Революционные события 1917 года вернули Грушевского в Киев, где он возглавил пресловутую Центральную раду, самым крупным достижением которой было подписание Брестского мира с Германией и приглашённая оккупация Украины, говоря современным языком, немцами и австрийцами. О роли лично Михаила Сергеевича: «Закликав німців в наш куток, звалив Центральну раду» (Александр Олесь).

Грушевский (в центре) на параде войск Центральной Рады. Киев, 1917 г. «Прийняв парад, привітав се людське стадо, послане на заріз, поцілував ікону – полкову святиню, котру мені показали» (из дневника Михаила Сергеевича)
Грушевский (в центре) на параде войск Центральной рады. Киев, 1917 г. «Прийняв парад, привітав се людське стадо, послане на заріз, поцілував ікону – полкову святиню, котру мені показали» (из дневника Михаила Сергеевича)

После свержения гетманом Скоропадским Грушевский бежал в Вену, где по старой памяти накропал брошюрку «Про старі часи на Україні» (уже без «Русы», причём «на», а не «в»). Увы, «украинский вопрос» Австрию, которая намедни лопнула как империя, теперь совершенно не интересовал.

Имущественно нищему, обанкротившемуся как историк, корифею науки пришлось проситься обратно в Россию, уже советскую. Большевики приняли, более того, обласкали предоставлением звания академика ВУАН, а затем и АН СССР. Но не безвозмездно, а ценой унижения и предательства. И «мы были готовы переступить через трупы наших партийных товарищей… Готовы работать под вашим руководством…»,  написал Грушевский в слезнице к предсовнаркома УССР Раковскому.

Последние издания трудов Грушевского (Киев, 1917, и Вена, 1919 гг.), и сочинение его эпигона Льонгина Цегельского
Последние издания трудов Грушевского (Киев, 1917 и Вена, 1919 гг.), и сочинение его эпигона Льонгина Цегельского

Физическая смерть Грушевского последовала 24 ноября 1934 года, общественная и интеллектуальная – десятью годами ранее, сразу после пересечения советской границы. Его «труды» намеревались было использовать для проведения печально известной «украинизации», но их клевали все, кому не лень, с оглядкой на их анемичность и научную несостоятельность (в конце 1930-х эту макулатуру запретили вовсе).

Ведь единственное, на что она годилась и годится теперь – служить «жерелом» для сочинений от «Русь-Україна а Московщина-Россія» Льонгина Цегельского (1919 год) до современных «изысканий» Валерия Бебика о том, что «Будда, Иисус Христос и древние египтяне были украинцами», тиражируемых в официальном издании Верховной Рады Украины, газете «Голос Украины». К чему это привело и далее ведёт страну, ясно без лишних слов. «В прірву», как говорят на Украине. То есть в пропасть.

___________________________

* Запрещённая в России организация.

Заглавная иллюстрация: «Хитрый дедок» Михаил Грушевский.

1643
Поставить лайк: 1330
Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору