ссылка

Крепкой опорой для киевского режима Турция быть не собирается

Увеличить шрифт
А
А
А

Новый посол Украины в Турции Василий Боднар, до этого занимавший пост заместителя руководителя украинского МИД, вручил копии верительных грамот директору Департамента протокола МИД Турции Тунджи Озчухадару и обсудил с ним дальнейшие перспективы украинско-турецкого стратегического партнёрства.

Ранее Боднар подчёркивал важность совместного проекта производства беспилотников «Байрактар» и согласованности позиций Киева и Анкары по крымскому вопросу и вопросам защиты крымских татар. По словам украинского дипломата, Турция поддерживает евроинтеграцию Украины и её стремление в НАТО. При этом Боднар признал, что Анкара параллельно развивает сотрудничество с Москвой, и задачей украинской дипломатии является выявление тех моментов, когда такое сотрудничество помешает интересам Украины. 

Чтобы верно оценить направленность украинско-турецкой кооперации, надо проанализировать внешнеполитические приоритеты Анкары. Турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган проводит экспансионистскую политику по многим направлениям, пока в Киеве заняты критикой «имперской политики Путина». Турецкие военные присутствуют в Сомали, Ливии, Сирии, Афганистане, Ираке, Катаре, Азербайджане, на Кипре. Последнее особенно интересно, поскольку турецкие войска вторглись на Кипр в 1974 году, учредив Турецкую Республику Северного Кипра. Греция считает эти земли своими, но турецкая армия уходить с Кипра не собирается. 

Зная это, понимаешь степень лукавства Эродгана, осуждающего воссоединение Крыма с Россией, состоявшегося не в результате военного вторжения, а по итогам народного волеизъявления. Не менее лукавы обвинения в адрес России в ущемлении прав крымских татар. Под этим Анкара подразумевает задержания и суды над членами запрещённой не только в России исламистской группировки «Хизб ут-Тахрир». Турецкие спецслужбы и армия десятилетиями гоняются за членами Курдской рабочей партии (РПК), десятками убивая их в перестрелках. Анкара объявила РПК террористической группировкой. Почему же России нельзя преследовать по закону группировку «хизбов»? Это другое?

Экспансионизм Эрдогана называют неоосманизмом, подозревая турецкого лидера в желании восстановить турецкое присутствие на землях бывшей Османской империи. Но политика Эрдогана - это больше, чем неоосманизм. Эродган идёт туда, где османской власти не было – в Чёрную Африку, Афганистан, Среднюю Азию, игнорируя недовольство Италии, Франции, США. Рим и Париж не хотят отдавать Эрдогану контроль над Средиземноморьем, США не хотят развития российско-турецкого сотрудничества. 

На это накладывается серьёзное обострение греко-турецких отношений, настолько серьёзное, что отставной адмирал Джейхат Яйджы призвал Эрдогана «никогда не садиться за стол переговоров с Афинами», а Франция заявила о своей поддержке Греции в этом споре.

На фоне столь грандиозных планов Анкары понимаешь, каким геополитическим карликом выглядит рядом с ними Украина с её местечковым проблемами и монотонно-занудным речитативом о «российской агрессии» и «нарушениях прав человека во временно оккупированном Крыму». Ведя диалог с Киевом, Анкара реализует свои интересы, причём по отношению к общей картине турецкого экспансионизма украинское направление играет второстепенное значение. 

Не на Украине находится ключ к геополитическому господству Турции над Средней Азией, Ближним Востоком и частью Африки. Украина нужна Эрдогану как дополнительная пешка, могущая быть полезной при определённых обстоятельствах. В будущих геополитических торгах с конкурентами на эту пешку можно разыграть другую, более важную фигуру. Чем больше таких пешек, тем больше шансов взамен них выторговать для себя уступки. 

Стратегическое партнёрство Украины и Турции обладает определённым ситуативным потенциалом. Некоторую выгоду могут получить обе стороны, но ни формат, ни объём этого сотрудничества не позволяет считать его прорывным. Появление БПЛА «Байрактар» на Донбассе, конечно же, доставит немало проблем армиям ДНР и ЛНР, но неспособно кардинально переломить ситуацию. 

Управление по связям с общественностью ВСУ сообщило, что с 1 января по 17 октября 2021 года на Донбассе погибли 55 украинских военнослужащих. Даже если на фронт прибудут «Байрактары», украинские солдаты продолжат гибнуть, а противостоящая сторона рано или поздно придумает контрмеры, которые сведут обладание украинского войска турецкими беспилотниками на нет. 

 

Обречённая байрактарщина Киева

 

Украина может быть выгодна Турции на крымском направлении, поскольку Крым – это «непотопляемый российский авианосец» в Чёрном море. Отсюда лежит путь в Средиземноморье, за контроль над которым Турция, как мы помним, остро конкурирует с Италией и Францией. Здесь поведение Киева вообще двусмысленно: зачем объявлять членство в ЕС приоритетом внешней политики, если в результате надо заключать договор о стратегическом сотрудничестве с политическим оппонентом двух ведущих европейских держав? 

Градус политического противостояния Анкары с треугольником Париж – Рим – Афины достаточно высок, и если противостояние обострится, Киеву придётся демонстрировать свою лояльность либо Анкаре, либо её европейским конкурентам. Киев ориентируется на Брюссель и будет вынужден сделать то, что прикажут из Брюсселя. У Анкары с Брюсселем отношения прохладные, и Брюссель очевидно поддержит Рим, Париж и Афины, а не Анкару.

Анкара это тоже понимает, и потому её сотрудничество с Киевом будем дозированным. Крепкой опорой для киевского режима Турция быть не собирается. Слишком зависим этот режим от внешних сил, не всегда дружественных Турции.

Обращает внимание на себя также тот факт, что стержнем украинско-турецкого сотрудничества является военно-политическая составляющая – совместное производство БПЛА «Байрактар» и антироссийская пропаганда по крымскому вопросу. О серьёзных турецких инвестициях в украинскую экономику речи нет.

Это свидетельствует о том, что Анкара рассматривает контакты с Киевом сквозь призму военного противостояния, развернувшегося в Восточной Европе и Черноморском регионе после государственного переворота на Украине в 2014 году. Произошло фрагментирование геополитического пространства от Польши и Карпат до Донбасса и Чёрного моря. Насильственная смена власти в Киеве и геополитический поворот Украины на 180 градусов привели к усилению в регионе сил, заинтересованных в его дестабилизации – США, ЕС, НАТО. Это повлекло за собой череду иных конфликтов – попытку государственного переворота в Белоруссии, обострение украинско-белорусских и украинско-приднестровских отношений. Украине отведена Западом роль запала для геополитического взрыва, разрушающего устоявшийся до 2014 года региональный баланс сил. 

Анкара понимает, что если она не примет участие в этой запутанной игре, ей придётся потом жить по чужим правилам. Заигрывая с Украиной, Анкара входит в игру и получает возможность дёргать за нити. А Киеву остаётся только плясать.

366
Поставить лайк: 397
Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору