Информационно-аналитическое издание

Украинский театр на крутом спуске (трагедия)

Версия для печатиВерсия для печати

На Андреевском спуске в Киеве появилось весьма спорное в архитектурном смысле здание нового театра. Строительство велось при участии президентской фирмы «Рошен». Сам президент Порошенко, верный своему оригинальному вкусу, разместил у себя в домовой церкви фрески, где он с семьёй изображён в виде римских патрициев. Из ленты новостей.

« Боже, пропал калабуховский дом!» — в отчаянии воскликнул Филипп Филиппович и всплеснул руками. М.А.Булгаков, «Собачье сердце».

 

Действие 1-е

Пролог у театрального подъезда.

 

Киев. Андреевский спуск. У мрачного кубического здания нового театра собралась небольшая группа протестующих и громко плачущих киевлян. Они держат плакат: «Не плюйте в наше историческое лицо!» (Примечание: здесь и далее все украинские политические деятели ненастоящие. Их роли исполняют специально обученные для этого актёры).

 

Выступающий. Андреевский спуск – это историческое лицо Киева! Здесь жил Булгаков. Здесь гуляли Менделеев, Паустовский, Вертинский. А сегодня тут стоит этот ужасный саркофаг!

Прохожий. Скажите, это крематорий?

Киевляне (плача). Нет, это театр!

Выступающий. Но никакой саркофаг не может прикрыть излучения пошлости, провинциального мещанства, бездарности!

Второй прохожий. Скажите, это кондитерская фабрика?

Киевляне (плача). Нет, это театр!

Выступающий. Не может остановить полураспад, а точнее, полный распад…

Внезапно в сопровождении охранников появляется Кличко.

Кличко. Скажите, это Киев?

Киевляне. Виталий Владимирович, здравствуйте! Это Киев! Киев!

Кличко. А я шо то не узнаю. Видно, давно не приезжал.

 

Киевляне рыдают, указывая на чёрный куб театра.

 

Кличко. Да я всё понимаю. Андреевский спуск и всё такое. Он же у нас самый крутой. Но мне доложили, что это новый европейский стиль. И его могут понять не только лишь все.

 

Киевляне рыдают.

 

Кличко. Не, ну, понятное дело, что домик немного выпадает из ансамбля. Это я понимаю и сам…бля.

 

Киевляне рыдают.

 

Кличко. Но я обещаю, что эту халабуду не приму, пока её не доработают.

 

Киевляне замолкают, слушая.

 

Кличко. По фасаду пустим национальный орнамент. Типа на дом надели вышиванку. У входа повесим портрет моей любимой тёти Меркель. А улицу переименуем как-нибудь по-современному. Ну, типа Бандеровский спуск.

Киевляне. А-а-а-а!

 

Действие 2-е

Собрание труппы.

 

Зал нового театра заполнен политической элитой Украины. Депутаты, олигархи, министры. На сцене за столом президиума сидит Порошенко.

 

Порошенко. Я пригласил вас, панове, чтобы сообщить преприятнейшее известие. К нам, возможно, приедет…

Оркестр (из ямы). Трамп-трамп-трам!

Порошенко. Как только ему объяснят, где находится Украина (кого-то ищет). Климкин!

Климкин (из зала). Я!

Порошенко. Ты выслал наше приглашение?

Климкин. Лично послал эсэмэску Макдональдсу этому…

Порошенко. Кому?!

Климкин. Ну, в смысле, Дональду нашему дорогому.

Порошенко. Короче, на всякий случай мы должны подготовить достойную встречу. Я, например, покажу ему новую античную фреску у себя на кухне. Там я, как патриций, изображён в виде Геракла. Рядом Виктория Нуланд в виде Медузы горгоны. А  вокруг плебеи из БПП.

Гройсман. А мы порадуем гостя новыми решениями кабмина. Я лично разорвал ещё два соглашения с Россией. В области информации и телевидения. Кроме того, у меня есть пистолет. Так что, если народ придёт поблагодарить, будет чем встретить.

Луценко. А я устрою гостю весёлую экскурсию по столичным СИЗО, КПЗ и подвалам ГПУ.

Порошенко. Юра, если б я не был таким полным патрицием, я бы сказал, тебе, что ты ох…ох, уж эти мне генпрокуроры! В общем, есть одна пьеса из жизни римских аристократов. И мы её все вместе сыграем в этом театре. Считайте, что у нас собрание труппы.

Саакашвили. Трупы? Обижаешь, дорогой! Пока у меня есть крыша в Вашингтоне, я не признаю себя политическим трупом!

Порошенко. Будешь мешать, дорогой, станешь трупом не политическим (достаёт папку). Короче, пьеса из древней шикарной жизни. Написано ништяк. Написал Нищук. Называется «Цезарь, Клеопатра и все, все, все».

Ляшко. Я требую дать мне роль Клеопатры!

Порошенко. Та ролей на всех хватит. Мы сделали из пьес Шекспира что-то, типа, попурри.

Ляшко (взволнованно). Попурри… мне это очень близко.

Порошенко. Итак, Цезарем буду я. У нас с Юлием много общего. Я тоже могу одновременно делать несколько дел – бомбить родные города, до посинения выпускать пирожные и утром хорошо выглядеть в отутюженном костюме. А Клеопатру…

 

В зал резко врывается Юлия Тимошенко.

 

Тимошенко. Я тут за дверью немного подслушивала, как это принято у аристократов. Так вот, при таком растущем рейтинге царицу могу играть только я!

Порошенко. Насчёт вашего рейтинга, Юлия Владимировна, я могу вам ответить одной латинской поговоркой: «Моменто качанум!» В смысле, помни про Качановскую колонию. И вообще, меня сейчас больше интересует, кто сыграет Брута.

Тимошенко. Ясно кто, Турчинов! Каждый раз, когда он меня брутально кидал, я ему говорила: «И ты, Брут!»

Турчинов. Я бы хотел сыграть Помпея. Мы сейчас с большой помпой готовим ракетные стрельбы над Крымом.

Порошенко. А что если вам без всякой помпы ответят асимметрично?

Турчинов (растерянно). А нам за шо?

Порошенко. А почему молчит Арсен Борисович?

Аваков. Я бы хотел сказать что-нибудь в самом конце. 

Порошенко. Типа, «карету мне, карету»?

Аваков. Ну вроде того…

Порошенко. Хотите, убежать от ответственности?

Депутат Гаврылюк (перебивает). Извините, панове! Просто хочу поделиться радостью. Я успешно прошёл психиатрическую эксперитизу. Справку имею, что совершенно здоров.

Парубий. Ну справка и у меня имеется. И не одна. А вот наркологическую экпертизу тут кое-кому пройти не помешает.

Порошенко. Ты на кого намекаешь, плебейская морда!

 

Порошенко, сжав кулаки, быстро спускается в зал, где сидит элита, и хватает Парубия за лацканы пиджака.

 

Парубий. Руки убрал! Я аристократ в двенадцатом колене! Мой дедушка маленького Шухевича на коленях держал!

 

Все кричат. Возникает элитная свалка.

 

Действие 3-е

Пожар.

 

К зданию нового театра подкатывает грейдер, верхом на котором сидят пьяные активисты в балаклавах.

 

Прохожий киевлянин. Что, опять революция? Или новый праздник?

1-й активист. У нас каждый день праздник, если гроши выдают.

2-й активист. Сначала отмечали годовщину «звирячого побыття дитэй на Майдане». Народу было видимо-невидимо. Хлопцев человек двадцать, если считать с панами милициянтами.

3-й активист. А сегодня ровно год, как мы, в дни революции, стягивали с этого грейдера на Банковой дорогого нашего Петра Алексеевича.

1-й активист. Вот по этому случаю небольшой фейерверк.

 

Активисты подбегают к новому зданию театра, обливают его бензином и поджигают. Пламя быстро охватывает дом. Из него доносятся голоса элиты: «Горим! Горим!» Потом из входных дверей, охваченные огнём и дымом, выбегают Аваков, Порошенко и другие руководители державы.

 

Аваков (активистам). Опять перепутали! Я же сказал офис Медведчука!

2-й активист. Так пока до того Медведчука доехали, ваши суточные кончились!

Порошенко (запыхавшись, Авакову). Учтите, Арсен Борисович, это вам не «Интер»! Ваши уроды подожгли не просто театр, а важное политическое мероприятие! 

 

Элита страны, в дыму и откашливаясь, убегает вниз по Андреевскому спуску.

 

Прохожий киевлянин (задумчиво глядя ей вслед). Артисты, блин, погорелого театра…

 

Художник Илья Гельд

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору