Информационно-аналитическое издание

Песни Победы и «Бессмертный полк» на марше

Версия для печатиВерсия для печати

В дни празднования Великой Победы во всех бывших республиках СССР обновляются в народной памяти обстоятельства Великой Отечественной войны 1941-1945 годов.

Те трагические годы в особом свете преломляются в грандиозных песнях, ставших нашим неотменимым духовным кодом. Самые пронзительные стихи и песни о войне написаны, конечно, фронтовиками.

И эти сочинения следует, несомненно, считать песнями Победы, поскольку и они вели наш народ к Великой Победе, да, да, «приближали, как могли», как это поётся в песне «День Победы», написанной к 30-летию нашего всенародного торжества молодым композитором Давидом Тухмановым и поэтом-фронтовиком Владимиром Харитоновым.

* * *

Назовем несколько шедевров, созданных в 1941–1945 гг. и в первые послевоенные годы, известных каждому и сегодня: «Соловьи, не тревожьте солдат...», «На солнечной поляночке...» и «Горит свечи огарочек...», «Где же вы теперь, друзья-однополчане...» Алексея Фатьянова, «В землянке» Алексея Суркова, «Эх, дороги...» Льва Ошанина, «Случайный вальс» («Ночь коротка, спят облака...») и «Песня о Днепре» Евгения Долматовского, «Тёмная ночь» Владимира Агатова (Петрова), «Священная война» («Вставай, страна огромная...») Василия Лебедева-Кумача.

«А что есть названные песни, с их словами и музыкой? — восклицает писатель, исследователь литературы Ю. Г. Милославский. —  Великое и трагическое, бессмертное достижение русского духа. Вот когда даже Долматовский с Блантером — приблизились к Пушкину и Глинке. Что бы мы делали и кем бы мы были без песен военных лет? Мы были бы много-много беднее. Мы бы просто были чем-то другим».

Творческое содружество поэта Евгения Долматовского и композитора Марка Фрадкина уже в тяжёлом ноябре 1941 года,  когда мы уже ушли с берегов Днепра, будучи вынужденными оставить его врагу, дало нам горький и великий шедевр.

Более духоподъёмной песни о Днепре, пожалуй, не сыщешь: «Ой, Днипро, Днипро, ты широк-могуч, над тобой летят журавли…» В сегодняшней трагической подсветке она слушается особо пронзительно. Эпично, возвышаясь к образности великого «Слова о полку Игореве», высказался автор стихов:

У прибрежных лоз, у высоких круч
И любили мы, и росли.
Ой, Днипро, Днипро, ты широк, могуч,
Над тобой летят журавли.

Военная героическая тема смыкается здесь с многовековой эпикой, мощно усиленная трагической возвышенной музыкой:

Ты увидел бой, Днепр, отец-река,
Мы в атаку шли под горой.
Кто погиб за Днепр, будет жить века,
Коль сражался он как герой.

Не прекращалась два долгих года боль ухода — с берегов, священных для всякого русского человека:

Враг напал на нас, мы с Днепра ушли,
Смертный бой гремел, как гроза.
Ой, Днипро, Днипро, ты течёшь вдали,
И волна твоя — как слеза.

Вспомним и не исполнявшийся куплет этой песни о партизанах и подпольщиках, сложивших свои головы за освобождение большого, единого Отечества от захватчиков:

Бьёт фашистский сброд Украина-мать 
Партизанкою по Днепру, 
Скоро выйдет вновь сыновей встречать, 
Слёзы высохнут на ветру! 

Даль стала близью, враг был повержен, но, увы, аукается и сегодня непреходящая битва на Днепре — с фашизмом, как оказалось, недобитым, вздымающим голову.

Тактично и результативно авторы пользуются в песне и великорусским, и малороссийским названием реки.

Народный артист России и Дагестана Ф. Дадаев вспоминал, как эту песню услышал маршал С. К. Тимошенко, снял с себя орден и, прикрепив его к гимнастёрке композитора, сказал: «Потом оформим». «Затем то же самое сделал Хрущёв. Так Марк Фрадкин без документов сразу получил два ордена Красной Звезды за замечательную песню».

С Е. Долматовским композитор встретился на фронте, это была его первая военная песня.

Этим тандемом во время войны также написан «Случайный вальс», который поначалу назывался «Офицерским». Первым исполнителем «Случайного вальса» и зажигательно-победной «Брянской улицы» стал Л. Утёсов. Известный артист с 1946 г. пел и фрадкинскую песню «Вернулся я на родину» на слова М. Матусовского, но более широкую популярность она обрела в исполнении В. Бунчикова.

* * *

Глубинный внутренний опыт поэта, журналиста майора, орденоносца Михаила Матусовского, уроженца Луганска, нашел отражение в знаменитых его стихотворениях, ставших песнями-вехами. Вспомним, например, историю создания песни «На безымянной высоте» (1964 г., к кинофильму «Тишина», композитор В. Баснер), которая по праву стала в ряд с великими песнями нашей Великой войны.

Дымилась роща под горою
И вместе с ней горел закат.
Нас оставалось только трое
Из восемнадцати ребят.

Неизменно царапает сердце последний куплет:

Мне часто снятся те ребята,
Друзья моих военных дней.
Землянка наша в три наката,
Сосна, сгоревшая над ней.
 
Как будто снова вместе с ними
Стою на огненной черте
У незнакомого поселка,
На безымянной высоте.

Е. Долматовский в своей книге «Рассказы о твоих песнях» писал, что поиск, проведённый редакцией газеты «Советская Сибирь», подтвердил, что в основу песни «На безымянной высоте» положена действительная история, в Новосибирске помнили имена всех «восемнадцати ребят», совершивших подвиг на высоте у посёлка Рубеженка Куйбышевского района Калужской области.

Боевая группа, состоявшая из сибиряков-добровольцев 139-й стрелковой дивизии, под командованием младшего лейтенанта Евгения Прошина захватила находившуюся у врага высоту Безымянную, оказалась в окружении и приняла бой — против примерно двухсот вражеских солдат. Матусовский дал точную рифму, и мы понимаем его как поэта: «под горою — трое». Однако не трое, а двое остались в живых —  сержант Константин Власов и рядовой Герасим Лапин. Раненые и контуженные, они чудом спаслись — Власов попал в плен, оттуда бежал к партизанам; Лапин был найден нашими наступавшими бойцами среди погибших — пришел в себя, оправился от ран и вновь воевал в составе своей дивизии.

В Новосибирске помнят все имена, и мы, вместе с Е. Долматовским, назовем их после фамилий Прошина, Власова и Лапина:

Николай Даниленко

Дмитрий Ярута

Емельян Белоконов

Петр Панин

Дмитрий Шляхов

Роман Закомолдин

Николай Галенкин

Тимофей Касабиев

Гавриил Воробьев

Александр Артамонов

Дмитрий Липовицер

Борис Кигель

Даниил Денисов

Петр Романов

Иван Куликов 

Девять из них работали до войны на заводе «Сибсельмаш».

М. Матусовский находился на том же участке фронта, где совершили свой подвиг сибиряки. Тогда же он написал поэму «Безымянная высота». Поэма оказалась записью, наброском песни, родившейся через 20 лет. На высоте Безымянной в 1996 г. был установлен памятник, на камне выбиты строфы песни.

* * *

Эти стихи и песни вышли за пределы «тем» и «мест», стали нашим духовным кодом. Всего большого, некогда единого народа, называвшегося советским.

А. Пахмутова, сама создавшая немало замечательных песен, которые пелись, поются и будут петься, писала: «Достаточно сказать: “композитор Жарковский” — и мы слышим знаменитую, так хорошо знакомую и дорогую не одному поколению советских людей песню “Прощайте, скалистые горы”. Песня эта не только “визитная карточка” композитора, это его кредо, его признание в пожизненной верности своим любимым героям. Такая песня родилась не случайно. … Пожалуй, самым плодотворным, самым высоким было содружество композиторов и героев песен в тяжелые, героические годы Великой Отечественной войны. Работа Евгения Жарковского на Северном флоте, его личная дружба с прославленными героями-североморцами обогатила советскую песню талантливыми произведениями о конкретных людях, о героических подвигах моряков, о любви к Родине, родному дому, о непоколебимой человеческой верности. Так появилась и песня “Прощайте, скалистые горы” на стихи Н. Букина. Песня эта — часть биографии большого музыканта, большого мастера, часть биографии нашего народа».

Невероятно популярную и ныне песню «Прощайте, скалистые горы» (1942) пели и Петр Киричек (1945), и Владимир Бунчиков (1951), и знаменитый ансамбль им. А. В. Александрова, и Л. Зыкина, и Е. Нестеренко, и в 1975 г. Большой детский хор Всесоюзного радио и Центрального телевидения п/у В. Попова, с трогательным, незабываемым солированием Серёжи Парамонова, и ансамбли и оркестры советских военных флотов, в том числе, разумеется, Северного.

Памятный всем зачин:

Прощайте, скалистые горы,
На подвиг Отчизна зовет!
Мы вышли в открытое море,
В суровый и дальний поход.

И судьбоносный финал:

Хоть волны и стонут, и плачут,
И плещут на борт корабля,
Но радостно встретит героев Рыбачий,
Родимая наша земля.

* * *

Великой мощью наполнена и песня В. Соловьева-Седого и А. Чуркина «Вечер на рейде». Впервые исполнили ее на радио в 1942 г. два Владимира — Бунчиков и Нечаев.

Слова «Вечера на рейде» мы помним и нередко подпеваем:

Споёмте, друзья,
Ведь завтра в поход,
Уйдём в предрассветный туман.
Споём веселей,
Пусть нам подпоёт
Седой боевой капитан.
Прощай, любимый город,
Уходим завтра в море.
И ранней порой
Мелькнёт за кормой
Знакомый платок голубой…

Тот же В. Соловьев-Седой на слова А. Фатьянова, оставившего целый сонм чудесных песенных текстов, написал трогательнейшую лирическую песню — на окончание войны, «Давно мы дома не были»; как оказалось, всевременную песню русского возвращения.

Горит свечи огарочек,
Гремит недальний бой.
Налей, дружок, по чарочке,
По нашей фронтовой!
Налей дружок по чарочке,
По нашей фронтовой!
Не тратя время попусту,
Поговорим с тобой.

Трогательные «ёлки и ёлочки» до слёз пронимают слушателя своей безыскусностью:

Где ёлки осыпаются,
Где ёлочки стоят,
Который год красавицы
Гуляют без ребят.

Поначалу пелось «Зачем им зорьки ранние, Коль парни на войне, В Германии, в Германии, В проклятой стороне», затем, спустя годы, резкий эпитет был миролюбиво заменён на «далёкой». Но Бунчиков и Нечаев остались — в тех послевоенных ранних записях — с каноническим вариантом. 

* * *

В 1946 г. Матвей Блантер получил Сталинскую премию СССР (второй степени) за песни «В путь-дорожку дальнюю», «Под звёздами балканскими», «Моя любимая», «В лесу прифронтовом».

Последняя в этом списке была создана осенью 1942-го, той самой, когда гремела Сталинградская битва. И кто скажет, что её мелодия и строки М. Исаковского не стали частью духа советских людей, перенёсших страшную войну и победивших в ней, тот не наш человек.

С берёз неслышен, невесом,
Слетает желтый лист.
Старинный вальс «Осенний сон»
Играет гармонист.
Вздыхают, жалуясь, басы,
И, словно в забытьи,
Сидят и слушают бойцы —
Товарищи мои.

Это тоже остаётся теперь в нашей памяти…

Кто-то тщится отменить, но они неотменимы — свет и надежда, подаренные народу в песенной — мелической и словесной — красоте:

Пусть свет и радость прежних встреч
Нам светят в трудный час.
А коль придётся в землю лечь,
Так это ж только раз.
Но пусть и смерть в огне, в дыму
Бойца не устрашит,
И что положено кому —
Пусть каждый совершит.

Так что ж, друзья, коль наш черёд,
Да будет сталь крепка!
Пусть наше сердце не замрёт,
Не задрожит рука.
Настал черёд, пришла пора, —
Идём, друзья, идём.
За всё, чем жили мы вчера,
За всё, что завтра ждём.

Мы читаем здесь простые и ясные строки Исаковского, а всё равно слышим песню.

А текст знаменитой «Катюши» Блантер тоже взял у Исаковского.

И грандиозную «Враги сожгли родную хату» на шедевр Исаковского он написал всего лишь за один час, по «наводке» Александра Твардовского.

На стихи К. Симонова написана им песня военных корреспондентов «От Москвы до Бреста».

Есть ещё одна близкая песня М. Блантера, победная, на слова А. Коваленкова «Солнце скрылось за горою», 1948 г. «...Долго шли солдаты к дому, но опять пойдут в поход, коль будет надо...», где поётся, как «свое знамя боевое от врагов солдаты сердцем заслоняли». С той священной войной мы вслед за голосами наших певцов возвращались к отчей вере.

Они жизни не щадили,
Защищая отчий край — страну родную;
Одолели, победили
Всех врагов в боях за Родину святую.

Кто-то скептически ухмыльнётся на счет дружбы народов СССР, однако и воевали народы большой советской империи вместе, и умирали вместе, и вместе поднимали хозяйство, и песни сочиняли вместе.

* * *

День Победы, как он был от нас далек,
Как в костре потухшем таял уголек.
Были версты, обгорелые, в пыли, -
Этот день мы приближали, как могли.
Этот День Победы
Порохом пропах,
Это праздник
С сединою на висках.
Это радость
Со слезами на глазах.
День Победы!
День Победы!
День Победы!
Дни и ночи у мартеновских печей
Не смыкала наша Родина очей.
Дни и ночи битву трудную вели -
Этот день мы приближали, как могли.
Здравствуй, мама, возвратились мы не все...
Босиком бы пробежаться по росе!
Пол-Европы прошагали, пол-Земли, -
Этот день мы приближали, как могли.

Фронтовые дороги Владимир Харитонов прошел солдатом пехоты. Ему было двадцать лет, когда началась Великая Отечественная война. Ушел он из жизни в 1981 году. А его «День Победы» на музыку Давида Тухманова продолжает шагать по планете…

Как «Бессмертный полк».

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору